Со слов горничной получалось, что рано утром она вошла в кабинет господина Эдора, чтобы, как обычно, навести порядок, и увидела супругов в кресле перед зеркалом. Удивилась еще: они давно уже ночевали по разным спальням… Хотела уйти потихоньку: если господам угодно примиряться в такое время и в таком месте, так это их личное дело, слуг вовсе не касающееся (хотя такая новость сделала бы девушку героиней дня среди челяди). Однако заметила вдруг, что голова госпожи как-то странно запрокинута, рискнула подойти ближе и поняла, что глаза у той широко открыты и остекленели. Тогда уж девушка догадалась поискать признаки жизни, не нашла их и подняла тревогу.

— Выходит, господин Эдор сидел в кресле перед зеркалом, — пробормотала Вера, взглянув на схематичный рисунок, — а супруга, видимо, стояла рядом с ним. Может быть, он позвал ее, чтобы показать… Не знаю, что-то или кого-то.

— Нет, получается, что она оказалась между ним и зеркалом, — добавил Керр, бесцеремонно сунув нос в бумаги. — Иначе упала бы на пол, а не мужу на колени. А по такому расположению выходит, будто…

— Ну, договаривай, — подбодрил Ханна Соль.

— Будто она стояла лицом к зеркалу, и ее толкнули, — сказал Керр, — после чего она упала навзничь, прямо на мужа. И, очевидно, распростилась с жизнью в этот же момент или еще пока стояла на ногах. Иначе… сами посудите: одно движение — и можно соскользнуть на пол.

— Толкать не обязательно, с тем же успехом она могла просто отшатнуться, увидев или услышав что-нибудь.

— Ваша правда, госпожа, — согласился он, покосился на товарища и добавил негромко: — Может, не стоит при нем?..

— Отчего же? — спросил Ран, услышав его слова. — Это мои родители, в конце концов, и пусть мы расстались давно и не лучшим образом, я желаю знать, кто стал причиной их гибели!

— Боюсь, наказать его тебе не позволят, — мрачно сказала Вера, взглянув на старших мужчин.

О том, что они всерьез обеспокоены происходящим, говорило хотя бы то, что Ханна Соль до сих пор не потребовал завтрак — это после ночи-то в седле! Почтительной дочери полагалось позаботиться об этом без напоминаний, но Соль Вэра к таковым не относилась, а потому вполне могла не вспоминать о нуждах гостей до тех пор, пока они сами о чем-нибудь ее не попросят. Но, очевидно, обоим было не до того…

— Итак, у нас есть двое умерших странной смертью, а еще связное зеркало, которое почему-то вызвало подозрения, верно? — спросила она, и Ханна Соль кивнул. — Что с ним не так?

— Оно испорчено, — ответил вместо него Мирайни и снова пошевелил бровями. — И опять-таки — следов внешнего вмешательства нет.

— Испорчено? Каким образом? Разбито? — нахмурилась Вера.

— Нет, но у него грубо оборван канал связи, и сделано это не извне, — сказал Ханна Соль.

— То есть отследить, откуда пришел вызов, если он вообще был, не получится… А по магической структуре самого зеркала ничего считать не удалось?

— Ровным счетом ничего. Просто потому, что ее больше нет.

Вера невольно присвистнула.

Зачаровать зеркало на связь не особенно сложно, но очень муторно.