Активирую порт-ключ и переношусь в Лондонскую квартиру. В Волгограде сейчас девять вечера, в Лондоне семь часов. Перевожу часы. На ужин отварил макарон, и они замечательно пошли со свежими, ещё горячими из-за хранения в стазисе котлетами по-киевски. Приняв душ в сундуке, поскольку там он теплый и нормальный напор, в отличие от квартиры, завалился спать.

Интерлюдия 2

Волгоград. Конец июля 1997 года. Здание центральной администрации, кабинет мэра города.

За дорогим столом в уютном кожаном кресле сидит худой мужчина на вид примерно пятидесяти – шестидесяти лет, волосы русого цвета зачесаны набок. На нем надета белая рубашка с расстёгнутой верхней пуговицей, черные брюки, на руке дорогие золотые часы марки Патек Филип. Раздаётся телефонный звонок, он берёт трубку.

- Юрий Викторович, к вам руководитель комитета дорожного хозяйства. – Раздался из телефонной трубки мелодичный женский голос.

- Юлечка, пусть заходит.

В кабинет входит полный мужчина примерно сорока пяти лет, одетый в серые брюки и рубашку Поло красного цвета.

- Доброе утро. – Произносит полный мужчина.

- Приветствую. – Кивнул головой мэр. – Чем порадуешь?

- Юра, вот скажи, ну что за дела? – Возмущенно вопросил мужчина. – Вот какая сволочь нас прокляла?! И что нам теперь делать?

- Эх. – Мэр печально вздохнул. – Придётся работать.

- Да это и так понятно, я без работы теперь не могу, словно шило в заднице начинает свербеть, если чего полезного не сделаю.

- У тебя тоже, да? – Участливо спросил мэр. – Кстати, о полезном, что с дорогами?

- Дороги – жопа! – Радостно выдал полный мужчина. – И это радует, поскольку у нас есть работа! – Мужчина скривился. – Тьфу, еперный балет! Вот когда такое было, чтобы радоваться тому, что работы дохрена? Что за приступы трудоголизма?! Боюсь, положат меня в дурку в один прекрасный день…

- Это да, страшно. Но и не делать ничего не получается. – Произнёс мэр. – Я пару раз пробовал как обычно на полдня пораньше домой уйти или не идти на работу, так не поверишь, не получается! Ноги сами на работу идут!

- Почему, поверю, у самого такая же фигня. Кстати, наших подрядчиков нельзя нанимать. – Произнес полный мужчина.

- Что так? – Спросил мэр.

- Да эти сволочи привыкли тяп-ляп делать, и к ямочным ремонтам. Пришёл ко мне уродец, развалился и давай прежние сказки про откаты вещать, и взятку суёт! А я, блин, сам не заметил, как ментов вызвал. Короче, повязали этого красавца прямо у меня в кабинете с понятыми, обалдевшие менты чуть ли не пальцем у виска крутили. И дорожники наши все такие, работать не хотят, а только и хотят, что деньги брать.

- Ну так ведь мы раньше так и работали. Ямочный ремонт дорог самая большая статья нашего дохода. – Произнёс мэр. – Жаль, сейчас так не получится, надо делать качественно. Что предпринял по данному вопросу?

- С немцами договариваюсь. У них цены в половину дороже, но зато дают семь лет гарантии на дорожное покрытие. Если оплату на пару лет раскидать, то экономия бюджета получается двадцать пять процентов. А с учетом отсутствия воровства. – После последней фразы полный мужчина скривился. – То экономия составляет сто пятьдесят процентов, а значит, мы можем запустить замороженное строительство метротрама, начать строительство подземного автомобильного тоннеля от Тулака к Электролесовской.

- Замечательно. Ты меня радуешь. – Ответил мэр с улыбкой. – Блин, и почему мне это нравится? Лет двадцать не улыбался, а теперь то ли как псих, то ли как наркоман от хороших дел на благо города удовольствие больше чем от водки получаю. Не поверишь, но из-за этого даже пить бросил, теперь не чувствую от алкоголя такого сильного удовольствия!

- Отчего же, понимаю.