- Яксли, Пожиратель. – Шепотом сказал белобрысый.

К этому моменту вновь накопил полный резерв и слил половину маны в пентаграмму. Теперь для активации надо лишь произнести слово-ключ. Начинаю накапливать ману, краем газа замечая, что тот маг в малиновом галстуке как-то странно приближается к помосту, стараясь не привлекать к себе внимания. Он кидает подозрительные взгляды на Амбридж, и, судя по тому месту, куда приходится его взгляд, то подозрительно. Он смотрит на грудь этой жабообразной! Да там груди-то и нет, значит что? Значит, мужчина явно смотрит не на грудь. Ну не извращенец же этот тип? Неужели этот гад нацелился на мою прелесть, на крестраж?! Блин, я ману не успел накопить на второе заклинание.

- Готовься, сейчас что-то будет. – Предупреждаю белобрысого.

В это время мужчина в малиновом галстуке медленно, очень осторожно прошел вдоль края помоста за спины Амбридж, Яксли и ещё одной волшебницы и присел на стоящий за спиной волшебницы стул. И тут у меня промелькнуло озарение, стоило лишь взглянуть в ту сторону. Аура-то у волшебницы знакомая, это же Гермиона Грейнджер! Хотя и выглядит она совершенно иначе, как женщина примерно пятидесяти лет, светлые волосы собраны в строгий пучок на затылке, губы накрашены фиолетовой помадой. Одета она в длинную узкую юбку и пиджак черный в полоску, сверху накинута легкая мантия. Похоже, кое-кто воспользовался оборотным зельем, поскольку тело явно настоящее, а не иллюзия. Мужчина наклонился к Гермионе и что-то прошептал ей на ухо. От сказанного Гермиона дернулась с такой силой, что едва не опрокинула пузырек с чернилами, однако и Амбридж, и Яксли сосредоточенно вглядывались в миссис Кроткотт и этого не заметили.

О, господи, маги до сих пор чернилами и перьями пользуются! Наконец обратил внимание на данный аксессуар. Дикари.

- Когда вы пришли в Министерство, миссис Кроткотт, у вас отобрали палочку, — говорила Амбридж. — Восемь и три четверти дюйма, вишневая, с начинкой из шерсти единорога. Вы узнаете ее по описанию?

Миссис Кроткотт кивнула, вытирая глаза рукавом.

- Не могли бы вы сообщить нам, у какого волшебника или волшебницы вы отняли эту палочку?

- От-отняла? — снова заплакав, заикаясь, произнесла миссис Кроткотт. — Я не… я ни у кого ее не отнимала. Я ку-купила эту палочку, когда мне было одиннадцать лет. Она… она… она выбрала меня. — И миссис Кроткотт расплакалась пуще прежнего.

Амбридж испустила негромкий противный смешок. Она склонилась над барьером, чтобы лучше видеть свою жертву, медальон на её шее сверкнул блестящим корпусом.

Ещё чуть-чуть, потерпите, и я заберу эту прелесть, только накоплю маны про запас.

- О нет, — произнесла Амбридж, — нет, миссис Кроткотт, не думаю. Палочки выбирают только волшебников или волшебниц. А вы не волшебница. У меня имеется заполненная вами анкета, которую мы вам посылали. Муфалда, будьте добры, подайте мне ее.

Руки Гермионы дрожали. Она порылась в кипе документов, лежавшей на соседнем стуле, и вытащила из этой кипы пачку пергаментов.

- Какой… какой красивый, Долорес, — пролепетала она, указывая на кулон, поблескивавший в рюшечках блузы Амбридж.

Ого, ещё один претендент на крестраж? У них что, где-то в газете напечатали ритуал поглощения этой прелести? Откуда столько конкурентов? Вот задницей чую, сейчас у меня из под носа уведут медальон! Пора действовать и пофиг на всё, к тому же резерв почти полный, а значит должно всё получиться!

- Что? — резко отозвалась Амбридж. — Ах, да… семейная ценность. — Она погладила медальон.

- Щупальца. – Тихо активирую «домашнюю заготовку».

Одновременно с активацией заклинания мысленной командой призываю из браслета магический посох. Одним телекинетическим щупальцем срываю амулет с шеи жабоида местного разлива, вторым щупальцем подхватываю посох и втыкаю его в ближайшего дементора.