Изменить размер шрифта - +
Все обладатели штурмовых комплексов шли налегке, сканируя окружающее пространство в поисках противника и поводя орудиями из стороны в сторону, а инженеру выпала честь тащить всё то немногое имущество, что мы всё-таки нашли в разбитом боте. К инженерному скафандру Бахи были закреплены транспортные контейнеры с аварийным припасом продовольствия, медикаментами, ручным инструментом, передатчиком и ещё кучей нужных мелочей. Со стороны инженер сейчас напоминал верблюда или пленника, на которого злые конвойные нацепили груз больше, чем он мог унести.

Это было не наказание, и не признаки дедовщины, когда старые солдаты издеваются над новичком, просто в инженерном скафандре всегда аккумуляторы большего объема, к тому же и расход у него меньше, за счёт того, что он легче и не предназначен для ведения боя. Там стоит стандартное силовое поле, как в аварийных наборах, там нет брони, и к тому же больший объем батареи нужен инженерам и техникам для ремонта поврежденных роботов и оборудования в полевых условиях, и для использования инженерного ранца с набором инструментов и диагностических приборов.

Вообще этот скафандр вещь отличная, универсальная, а его стандартный ранец так вообще, один раз жизнь мне спас. Тогда, на Агаве, он превратил мой разбитый штурмовой комплекс рядового в командирский комплект, связав офицерский шлем найденный на поле боя с устаревшим скафандром, и взяв на себя работу поврежденных блоков. Этот раритет, безумное творение Франкигштейна, из внутренностей которого, не смотря на все дезинфекции до сих пор пахнет разложившимся трупом, до сих пор стоит у меня в каюте линкора, как напоминание о том, что человеку всё по силам, если он действительно чего-то захочет, например, выжить. Так что использование инженера в качестве тягловой силы было продиктовано только соображениями экономии и целесообразности.

Баха не жаловался, он шел согбенным, но уверенным шагом, лишь время от времени выдыхал через импульсный клапан своего шлема, и этот звук становился для меня как метроном — «шаг, шаг, шаг». Заг, замыкавший колонну, посматривал по сторонам так неторопливо, будто считал каждую песчинку под ногами. Кира — напротив — двигалась как тень: то вперед, то в сторону, то замирала и прислушивалась; её излучатель молчал, но она была готова стрелять при малейшем признаке шевеления.

Пока что вокруг царило странное молчание, нарушаемое только шуршанием песка под ногами, и редкими вспышками биолюминесцентной травы, покрывающей дно, от которых первое время мы вздрагивали и бросались занимать оборону. Океан в этой местности не был безжизненным пространством, как нам казалось изначально. В песке и водорослях встречались странного вида моллюски, не способные передвигаться самостоятельно, колонии организмов похожих на кораллы, и что-то типа планктона. Агрессии к нам они не проявляли, и со временем мы перестали воспринимать их как опасность.

— Баха, — говорю тихо, используя для связи имплантат. — Насколько реально соорудить зарядную систему для батарей из того, что у нас есть под рукой? Может использовать оборудование бота?

— Реально, если там остался целым источник питания, — ответил он. — Я не тестировал бот, но судя по всему, он сдох. В принципе и без него можно, только это много времени займёт. На вскрытие бота, тестирование и монтаж уйдет не меньше суток, а скорее всего гораздо больше, да ещё и инструмент нужен. С ранцем я могу не справится, там не всё нужное есть. Так что я считаю, что тратить на это силы и время не целесообразно, лучше сохранить имеющиеся батареи. На крайний случай есть заряд моего ранца, по крайней мере мой скафандр он сможет питать ещё какое-то время после того, как сядут основные аккумуляторы. Сможем сохранить как минимум навигацию и поднять сигнал линкору.

— Ладно — кивнул я головой — оставим этот вариант на крайний случай. Надеюсь стрелять нам ни в кого не придётся, и батарей хватит.

Быстрый переход