С металлическим скрежетом ближайший лифт содрогнулся в своем вертикальном кожухе, а затем, со звуком выстрела, стеклянная облицовка раскололась и обрушилась, будто сверкающий занавес. Остов лифта — теперь всего лишь стальная рама — с неприятным звуком выскочил из шахты и свободно повис на одном только стальном тросе. Дальберг увидела в лифте двух пассажиров, которые с истошным криком цеплялись за медные поручни в кабине. Пока Эмили в ужасе наблюдала за этим, остов лифта качнулся и со стуком врезался в ряд балконов на противоположной стороне. Находившихся внутри людей выбросило в воздух, и они полетели вверх тормашками вниз, вниз… пока наконец не исчезли в хаотичной мешанине из мебели и крепежных конструкций у стены «Королевского герба».

Пол продолжал крениться, и вдова что есть силы стиснула медный поручень. Вдруг снизу раздался странный звук, сопровождаемый напором холодного соленого воздуха — такого сильного, что он почти сдул Эмили с «насеста», где она примостилась. В следующий момент на самый нижний уровень атриума хлынула клокочущая, вскипающая вода. Злобный прилив бурлил, швыряя туда-сюда мебель и искалеченные тела. В это же самое время гигантская люстра над головой с треском сорвалась и всей сверкающей массой рухнула, с грохотом ударившись в парапет с противоположной стороны от Дальберг, затем съехала по наклонной, рассеивая массы сверкающих кристаллов, похожих на раздробленный лед.

В ноздри ударил холодный, мертвый запах моря. Медленно, словно издалека, до Эмили начало доходить, что, несмотря на весь происходящий ужас, судно вроде бы не тонет — во всяком случае, пока: оно просто накренилось и черпает воду. Двигатели продолжали реветь, «Британия» рвалась вперед.

Дальберг собралась с мыслями, постаравшись отодвинуть в дальний угол сознания звуки бьющегося стекла, ревущей воды и человеческих страданий. При всем желании она ничем и никому не могла здесь помочь. Но вот что Эмили могла и должна была сделать — это сообщить на мостик, что спасательные шлюпки нельзя спускать на воду, пока судно движется. Вдова огляделась и заметила неподалеку пролет лестницы. Крепко держась за поручни, где ползком, где по-обезьяньи, она добралась до пролета, наклонившегося под безумным углом. Изо всех сил ухватившись за перила, Дальберг начала подтягиваться вверх, по направлению к вспомогательному мостику.

Глава 73

Специальный агент Пендергаст изумленно смотрел на странную субстанцию, состоящую из тумана и тьмы, которая принялась его обволакивать. Одновременно Алоиз почувствовал, как каюта вздрогнула и наклонилась; где-то в глубине судна что-то мощно и громко завибрировало. С кораблем явно творилось что-то неладное. Детектив опрокинулся назад, перекатился через кресло и врезался в книжный шкаф. Корабль кренился все сильнее, и можно было слышать пронизавшую его звучную фугу разрушения и отчаяния: пронзительные вопли, треск, звон, утробный рокот воды, бьющейся о корпус. Книги попадали с полок, свидетельствуя о том, что каюта накренилась под опасным углом.

Пендергаст выбросил все это из сознания, фокусируясь на причудливом явлении — самом несообразном из всего происходящего. Внутри живого, движущегося дыма различался некий призрак, исчадие потустороннего мира: красные глаза, клыкастая улыбка, когтистые руки, протянувшиеся, чтобы его обнять, выражение неутоленного голодного желания.

Несколько важных мыслей мгновенно пронеслись в мозгу Пендергаста. Он знал, что перед ним такое, и знал, кто это создал и зачем. Знал, что предстоит битва — не только за свою жизнь, но и за душу.