— Да, я видела короля, но…

— Тогда ты могла бы походатайствовать за нас. Рассказать, что здесь происходит. Что мы простые люди, которым не нужно чужое и которые больше всего на свете хотят вернуться к прежней мирной жизни. Мы не хотим ни чужих земель, ни титулов. Пусть придет сюда и сам все увидит.

Эмили кивнула, но без особой охоты, и мне показалось, что я не сумел ее убедить.

— И ни о чем не тревожься. — Я крепко обнял ее. — Видишь, какой я сильный.

— Я тревожусь не только о тебе, но и о том, что будет после. А для тебя у меня есть тайный амулет.

— Что же это такое? — Я рассмеялся и погладил ее волосы. — И где мне его носить?

— Носить ничего не надо. Я иду с тобой.

— Что? Нет, Эмили, нет. Это невозможно. Я не разрешаю.

— Не спорь и не упрямься. — Она твердо посмотрела мне в глаза. — Мне ведь тоже дороги назад нет, Хью де Люк. Теперь у нас одна судьба. Так что я пойду с тобой. Все.

Я набрал было воздуху, чтобы попытаться переубедить ее, но она прижала пальчик к моим губам, а потом обняла так крепко, словно давала понять, что уже никогда и никуда меня не отпустит.

Глава 106

Даниель Ги ворвался в комнату, где проходило заседание совета.

— Мой господин, армия вашего шута вышла из леса и находится сейчас в нескольких часах пути от Трейля.

— О какой армии ты говоришь? — усмехнулся Болдуин. — О той швали, которую собрал вокруг себя Рыжий?

Советники герцога, бейлиф и управляющий, согласно закивали.

— Их нужно атаковать, — прохрипел бейлиф. — Немедленно. Я знаю сервов. Смелости им хватит до первого звона оружия, а решимость улетучится, как только они протрезвеют.

— Пока, однако, она только крепнет, — возразил Даниель. — Шут подарил им надежду, и его присутствие поднимает их дух. К тому же численный перевес за ними. И не маленький, в три раза.

— Но у нас есть конница и арбалеты, — напомнил Болдуин. — У них же все вооружение — лишь лопаты, мотыги да деревянные щиты.

— Если мы нападем на них в лесу, — сказал Даниель, — все наше преимущество сойдет на нет. Какая польза от арбалетов в густой чаще? Ваших людей постигнет та же участь, что и рыцарей Стефена. К тому же шут владеет копьем, которое придает им смелости.

— Кастелян прав, мой повелитель, — согласился управляющий. — Даже если вы победите, каждый из убитых превратится в героя. Нужно выслушать их требования. Рассмотреть их. Не спеша. Пообещать что-то, если они разойдутся по домам и вернутся на поля.

— Ты умен, — усмехнулся герцог. — Сервы не способны к длительной осаде. Им быстро наскучит сидеть без дела да еще с пустыми животами.

Советники закивали, соглашаясь с таким заключением.

— Не забывайте, мой господин, — вставил Даниель, — что у шута есть копье. Они верят в его чудодейственную силу.

— Копье будет в Трейле еще до окончания переговоров, — твердо ответил герцог. — Они отдадут его за мешок зерна. И шута тоже выдадут. Я насажу его голову на острие копья и украшу им свою ванную.

— Я лишь хочу сказать, — не умолкал кастелян, — что исход осады трудно предопределить и…

Болдуин медленно поднялся, обогнул стол и, подойдя к кастеляну, положил руки ему на плечи.

— Идем. — Герцог кивнул в сторону камина. — На пару слов без посторонних.