— Вот как? Значит, ты теперь не только шут, но и лекарь?

— Чтобы понять, что вас угнетает, не обязательно быть лекарем, моя госпожа. Скучаете по Хью, верно?

Будь на его месте кто-то другой, она прикусила бы язычок.

— Да, шут, я скучаю по нему.

Норберт опустился на пол напротив нее.

— Не вы одна. Мне тоже его недостает.

Эмили никак не ожидала услышать такое признание. Она привыкла относиться к мужчинам как к надоедливым, вечно жужжащим, вьющимся вокруг мухам, как к хвастунам, озабоченным только тем, чтобы подать себя в наилучшем виде. Но на сей раз все было по-другому. Как это случилось? Они знали друг друга всего лишь несколько недель. Его жизнь проходила совсем в другом мире, совершенно не похожем на ее мир, и тем не менее она знала о нем все. И, по всей вероятности, им уже не суждено было увидеться.

— У меня такое чувство, что это я сама отослала Хью, отправила навстречу опасности. И теперь мне хочется вернуть его.

— Вы никуда его не отсылали, госпожа. И при всем к вам уважении, он не принадлежит вам, чтобы вы его возвращали.

Конечно. Конечно, Норберт прав. Хью не принадлежал ей. Они встретились случайно. В каком-то смысле она просто натолкнулась на него.

Так или иначе, в ту ночь Эмили вышла в сад. Почувствовать ветер на лице. Вдохнуть свежего воздуха. К тому же там, под одной с ним луной, она чувствовала себя ближе к нему.

Не знаю, увижу ли я тебя снова, Хью де Люк. Но я молюсь, чтобы мы еще встретились. Где-нибудь… когда-нибудь…

— Вы многим рискуете с такими чувствами, — сказал Норберт.

— Все получилось само собой. Они просто… есть.

Он взял ее за руку, и в этот миг они перестали быть госпожой и слугой, а стали друзьями. Эмили смутилась и покраснела.

— Похоже, мое сердце питает слабость к шутам.

— Не беспокойтесь, госпожа. Наш Рыжик умен и изобретателен. Я учил его и знаю. Уверен, с ним все будет в порядке. Он найдет свою жену.

— И шут, и целитель, а теперь еще и провидец? — Она обняла Норберта. — Спасибо тебе.

Он ушел, и Эмили проводила его взглядом.

Было уже поздно. Ветер спал, и сад притих. Она вспомнила, что пообещала священнику встать пораньше, к утренней молитве.

— Да хранит тебя Бог, Хью де Люк, — прошептала Эмили, прежде чем вернуться в замок.

Она шла по лоджии над садом к жилой части замка, когда снизу, из темноты, донеслись голоса.

Кто еще может не спать в столь поздний час? Притаившись за колонной, Эмили устремила взгляд в сгустившиеся внизу тени.

Их было двое. Мужчина и женщина. Голоса зазвучали вдруг громче, яснее.

Затаив дыхание, она прислушалась.

— Не то, рыцарь. Это не то, не сокровище, — сказала женщина.

Голос принадлежал Анне. Это она была в саду. С мужчиной. На рыцаря он не походил. Скорее на монаха. В чем-то длинном, напоминающем рясу. Но с мечом.

Эмили подумала, что нечаянно стала свидетельницей чего-то такого, что не должна была увидеть. Анна злилась. Девушка еще никогда не слышала, чтобы хозяйка замка говорила таким суровым тоном.

— Ты знаешь, что нужно моему мужу, — произнесла женщина. — Найди это!

Глава 48

Несколько дней спустя, когда я ужинал вечером на кухне, кухарка Бетт, подмигнув, отвела меня в сторонку.

— Есть один способ, — шепнула она. — Если ты еще хочешь попасть в Таверну.

— Как? — Я наклонился к ней. — И когда?

— Вообще-то никакой особой тайны и нет. Людям ведь надо есть, верно? Солдатам, стражникам… даже заключенным. Каждый день в подземелье из моей кухни носят ужин.