Он сделал несколько шагов к видеомагнитофону, стоявшему на полке у цветного телевизора в углу кабинета. Нажал кнопку, запуская прибор в действие. Затем вставил в него, предусмотрительно принесённую с собой кассету.

Дел было в тот день больше, чем обычно:

— В том числе и в связи с вопросами инспекторской поездки гостей из-за рубежа.

Потому Окуневич не желал тратить время на просмотр старинного кинофильма, чьи чёрно-белые кадры, после манипуляции Виталия Павловича с пультом дистанционного управления, появились на экране телевизора.

— Что это ты, стреляный в секретных делах воробей, вдруг в простые киномеханики переквалифицировался? — с неудовольствием спросил он у визитёра.

Тот, однако, не пожелал отвечать в том же беспечном ключе:

— Сами всё увидите!

Кинофильм был из числа любимых Дмитрием Окуневичем и уже потому, он был готов простить Виталию Бокареву такой подарок:

— В который раз посмотреть эпизоды, что называется «шпионской» кинокартины «Выстрел в тумане»!

Рассказывающего, в числе прочего, о непростой судьбе его вымышленного коллеги — генерального конструктора ракет, создаваемых в Советском Союзе с середины пятидесятых готов.

Правда, вместо любимых кадров киноленты, когда герой в блеске наград и золотых звёзд на парадном костюме встречается со своей любимой пианисткой в зале филармонии, сейчас шла панорама зарослей камыша, а в отдалении раздавались ружейные выстрелы.

Потом и этот план сменился.

Появилась зловещая физиономия диверсанта. Оглядевшись по сторонам, он украл из палатки ботинки, оставленные там охотником.

Становилось ясно для зрителей, что по возвращению с испытания ракеты на полигоне, переобувшись в охотничьи резиновые сапоги — охотничьи «бродни» с высокими отворотами, кинематографический персонаж — «академик» преподнёс, непрошеному гостю из вражеского стана, роскошный «подарок».

А был он, как раз, в виде частиц грязи и просто грунта, прилипших на микропорке подошв его цивильных ботинок, в которых учёный бродил по стартовой площадке.

Сорок лет назад этот фильм смотрелся с интересом, зато теперь вызвал только усмешку у сановного зрителя.

— Это всё в прошлом, — заметил, оторвавшись от телевизора, Дмитрий Сергеевич. — Нынче мы на ракетном полигоне бываем исключительно в сменной обуви.

Он хохотнул:

— И по грунту на гражданской подошве ботинок конструкторов у нас уже никто не вычислит химический состав ракетного топлива.

В свою очередь Виталий Бокарев, понял реакцию собеседника по-своему. Решив, что добился своей цели, он вынул из видеомагнитофона кассету с художественным фильмом «из архива» и поставил вместо неё другую — новенькую документальную ленту.

— Ваши ботинки никто, на самом деле, воровать не станет, — заявил он с затаённым упрёком в недоверие директора по поводу его профессионального чутья. — Зачем Вашу обувь красть, если у них собственная есть, со специальными «протекторами»!

И показал рукой на, вновь оживший, телевизор.

Теперь на его экране были результаты оперативной съёмки, сделанные собственным — заводским оператором, работавшим с видеокамерой на аэродроме в момент прилёта иностранцев.

— Обратите своё внимание именно на обувь! — заметил Виталий Павлович, нажимая кнопку «стоп-кадр».

Там как раз крупно шло изображение ботинок гостей, а не их самих, с довольным видом садившихся в микроавтобус.

— С такими глубокими вырезами на подошвах, они у нас с полигона сколько угодно земли на собственный химический анализ увезут!

Искренние слова верного служаки, да ещё произнесённые с чувственным надрывом, заставили совсем по-иному взглянуть на ситуацию и Дмитрия Окуневича:

— Действительно, теперь вижу, что экипировались приезжие со знанием «шпионского» дела.