Изменить размер шрифта - +

Но, не рискнешь — не выиграешь.

Кишка тонка, не думай о славе.

Все эти афоризмы промелькнули в ее голове и даже стали наполняться каким-то реальным смыслом. Наверное, думать так было опасно, потому что мысль, которая пыталась проникнуть в ее голову с черного хода, была по меньшей мере рискованной. Надо ли дать ей войти и оглядеться?

Одно Сейдж знала наверняка: она не сможет спокойно лечь в постель, укрыться одеялом и заснуть. Ей надо решить сейчас, до того, как свет дня и пробуждение разума остановят и заставят передумать. И чтобы саму себя не отговорить, она поспешила достать из шкафа чемодан и начала укладываться.

 

Харлан сунул в рот ушибленный палец и пососал. Пытаясь подсоединить трейлер к «пикапу», парень зажал палец между двумя неподвижными металлическими деталями. Крюк трейлера никак не поддавался. Правда, он ни от чего не ждал добра после событий сегодняшнего вечера.

— Это только показывает, куда может завести стремление быть с людьми честным и откровенным, — поделился он с крюком, который, наконец, зацепился как надо.

Харлан услышал приближающуюся машину раньше, чем увидел свет фар, бегущий по стволам окружающих сосен, и постарался выпрямиться, хотя, когда он пытался стоять абсолютно прямо, некоторые части его избитого тела начинали болеть просто невыносимо. Конечно, такой пустяк, как пара синяков и царапин, не имели особого значения, когда братцы Тайлеры собирались его пристрелить.

Готовый к новой драке, он безрадостно стал собирать силы, физические и душевные. Когда Харлан увидел, что из машины вышла Сейдж, а не ее братья, напряжение не спало ни на йоту. Скорее, даже усилилось.

— Ничего не говори, выслушай сначала меня, — начала девушка с ходу.

— Лучше тебе убраться отсюда, Сейдж. До того, как они поймают тебя со мной. Или они послали тебя в качестве наживки? Клюну я или не клюну?

— Я сказала тебе, сначала выслушай меня, — резко сказала девушка. — Я приехала одна. Чейз дома, спит, а Лаки в больнице.

— О, Господи! — Харлан с силой провел рукой по лицу. Он ведь не собирался бить его так сильно. Хруст ломающейся кости вывернул его наизнанку. Ему хотелось поехать с ними, помочь…. но Харлан понимал, что они не захотят его помощи.

— Не убивайся, — сказала Сейдж. — На его месте с такой же легкостью мог быть и ты. Его оставили только на ночь, чтобы понаблюдать. — Она поплотнее запахнула пальто. — Здесь так холодно. Давай зайдем внутрь?

— Нет уж! Кроме всего прочего, если ты обратила внимание, я уезжаю. Еще пять минут, и ты бы меня здесь на застала.

— Тогда ты потерял бы великолепную возможность.

— Какую? Превратиться в тесто под кулаками твоих разгневанных братьев? Нет, спасибо. Я пас. У меня сейчас одна возможность: убраться отсюда поскорее. — Он ткнул в нее пальцем. — Но клянусь Богом, Сейдж, я вернусь! И когда это случится, если ты будешь носить моего ребенка, я объявлю, что я отец и имею на него право, даже если для этого мне придется тебя связать и унести на себе. Я заберу тебя и своего ребенка, и плевать мне, что твои братья будут меня преследовать вместе со всеми силами ада.

— Ребенка не будет, — раздраженно ответила Сейдж. — Я захожу внутрь.

Она прошествовала мимо него в трейлер. Зная, что ничего хорошего из этого не выйдет и он только пожалеет об этом, Харлан последовал за ней. Дверь захлопнулась. Внутри трейлера было немногим теплее, чем на улице, поскольку Харлан уже отсоединил генератор и отключил нагреватели.

Сейдж растирала себе руки, локти, предплечья, но парень понимал, что делала она это не столько от холода, сколько от нервозности.

Быстрый переход