Время было восемь тридцать, но до следующей точки — схрона было целых полтора километра и следовало поторопиться.

За разваленным магазином, и автомастерской, улица уходила чуть в сторону, и расширялась до вполне приличной площади, центр которой поднимался метра на два вверх, и плавно опускался по краям, образуя что-то вроде низкого холма.

Виктор двинулся по узкой дорожке между горкой и кирпичной стеной, покрытой чёрным остеклованным слоем.

— Там что-то есть? — Спутница искателя несколько нервно кивнула на поднятие, и поправила автоматный ремень.

— Есть как не быть. — Виктор усмехнулся, — Можно сказать наша знаменитость. Херово поле. Там под землёй что-то вроде грибницы, и от неё вылезают такие… ну в общем щупальца. — Он улыбнулся. Только похожи они на орган человеческий, ну очень сильно. Потому и Херово поле. И по краям типа сторожевых щупалец, они в общем не опасные. Но если что-то приблизилось метров на десять, то вылезают боевые. Вот те — точно как болты. Только плюются кислотой. Похоже на белые шарики, размером с теннисный мячик, и поскольку боевых щупалец несколько тысяч, идёт такой поток кислоты… Местная живность их обходит сотой дорогой, а людишки, особенно те, что без проводников суются, сразу в жирную гарь. — Он рукой провёл по стене здания показывая собравшийся на пальцах жирный нагар. — Вот в такую.

— Что-то ты слишком спокоен, для такой засады.

— Так по зиме, когда самые морозы, народ сюда пробирается, да поднимает щупальца эти. Ну а на морозе они дубеют, и обламываются. Тогда их и собирают. А к июню они только-только отрастают. На метр или более, и вылезают лишь в случае критической угрозы всей грибнице. Можно даже пройтись по центру, если есть желание. А вообще, пятно зимой, и оно же летом, это две больших разницы, как говорит Ицхак Соломонович. — Взгляд искателя вдруг замер, и он поднял руку в предупреждающем жесте, и скинул автоматный ремень с плеча. — За мной!

Пройдя через дыру в стене, они вернулись назад, и поднявшись по частично обвалившимся перекрытиям на второй этаж, залегли у оконного проёма.

— Так. — Виктор скинул рюкзак и оглянулся на спутницу. Давай Леночка, накручивай глушак, и ползи в дальний угол. Будешь оттуда гасить цели первой очереди. Что это пояснять не нужно?

— Нет. — Лицо девушки как-то изменилось, и искатель внимательно посмотрел ей в глаза. — Точно Елена.

Наконец шум, издаваемый автоколонной услышала и Лена, и приведя оружие к бою, устроилась так, чтобы находиться в глубине помещения, но видеть всё что находилось на дороге перед площадью.

Первым появился бронированный Ягуар, с крупнокалиберным пулемётом на крыше, но в центр не поехал, остановившись метрах в десяти от края. За ним притормозил грузовик, так что середина и хвост колонны выпадал из поля зрения.

Из машины вышел коренастый мужчина в бронекомбезе и глухом шлеме, и сделав жест ладонью подозвал к себе того, кто стоял в тени грузовика.

— Мать твою марсианку. — Негромко произнёс Виктор, узнавая лицо одного из искателей посёлка — высокого светловолосого мужчину в потёртом чуть линялом комбинезоне и известного под прозвищем Коряга, за кривоватую походку, и манеру растопыривать пальцы во время разговора. — Так вот кто продался. — Он рассмеялся, достал из кармашка разгрузки магазин, помеченный широкой алой полосой, и вставил его в автомат.

Выстрел через мощный глушитель был похож на кашель. Мгновенно пролетев двести метров, пуля, снаряжённая чистым стальным мхом, ударила сталкера в голень, и детонировала, оторвав ногу по коленный сустав.

Адский крик расколол тишину городка, и воющего от боли проводника, солдаты мгновенно утащили под прикрытие бронированного борта грузовика, а остальные грамотно залегли настороженно поводя стволами.