Коридоры казались нескончаемыми. Каждые двести метров от пола дренажного тоннеля, вверх поднималась металлическая лестница, упиравшаяся в люк с большим круглым колесом, и цифровым замком.

Он остановился возле очередной такой лесенки, приложил палец к губам, призывая к молчанию, и беззвучно словно призрак поднявшись по лестнице, коснулся ухом дверцы. Постоял так с закрытыми глазами, и кивнув начал крутить кодовые барабаны замка, внимательно прислушиваясь к их звуку. Когда последний едва слышно щёлкнул, высвобождая блокировку запора, взялся двумя руками за штурвал, который приводил в действие замок, и опустил крышку люка, осторожно высунувшись из дренажного тоннеля.

Технический уровень, когда-то был наполнен шумом механизмов и гулом жидкостей, идущих по трубам. Здесь был установлен экспериментальный необслуживаемый реактор, на двадцать мегаватт, со сроком эксплуатации десять лет, но живность пятна очень быстро сожрала металл реактора, и радиоактивные стержни, так, что от самого реактора осталась только зал, где отчётливо фонило радиацией, но не было ни единого кусочка металла кроме обглоданных остатков труб, уходивших в бетон.

Виктор вылез в коридор, который опоясывал реакторный зал, и из которого можно было попасть и в другие помещения технического этажа, а пройдя буквально сто метров подняться на складской этаж.

Здесь в коридоре всё было чисто как не было, наверное, и в первый день начала работы. Пол, потолок и стены были покрыты стеклообразной массой, сверкая в свете, который испускали пятна светящегося мха. Другой живности не было ни видно и не слышно, сколько бы Виктор не прислушивался, и дождавшись пока Елена поднимется, закрыл люк на замок.

— Так. На всякий случай. Код всех дверей, через которые мы проходили — восемь, семь, шесть, пять, четыре. Этой тоже.

Виктор медленно пошёл вперёд, держа оружие наготове. Метров через двадцать, они уткнулись в полуоткрытую дверь, за которой находился насосный зал. Находник начал осторожно открывать дверь, но она неожиданно легко распахнулась, и они оба оказались перед сплошным ковром из сотен одинаковых маленьких собачек, с алым ошейником на котором висел крошечный колокольчик.

Глава 7

Единственная доступная нам реальность этого мира — наше полное его непонимание.

Альберт Эйнштейн, из переписки с Владимиром Ульяновым.

Невозможно перечислить все беды, что пришли к нам вместе с решением мирового правительства о полном и безоговорочном подчинении человечества и превращении людей в скот, послушный любым приказам.

Чудовищная инсценировка падения на землю космического тела лишь звено в цепи преступлений мировой закулисы. Теперь нам предлагают поверить в то, что это не порождение безумных экспериментов земных учёных, а якобы нечто пришедшее из глубин космоса, хотя и ребёнку известно, что ничего живое не может существовать в безжизненном пространстве.

Чудовищные создания тайных лабораторий вот-вот расплодятся по всей Земле, не оставив места для людей, и загнав их в резервации, оставив властвовать лишь кучку опьянённых властью олигархов.

И здесь очень важно сказать о роли России в новом переделе мира. Страна, которая всегда завоёвывала другие народы, и уничтожала их, страна, побеждённая во второй мировой войне, и не сделавшая выводов от проигрыша, вновь грозит всему миру. Они не допускают международные исследовательские группы в так называемую «Зону падения», они самовольно распоряжаются ценнейшим биоматериалом, и продолжают ограничивать доступ международных организаций к общепланетному достоянию — планетарным минеральным ресурсам, находящимся на их территории.

Список преступлений режима можно было бы продолжить, отрицанием двухсот восьмидесяти гендеров, и гонениями на лиц с индивидуальными сексуальными особенностями.