— Заводи, — скомандовал я, наливая себе энергетик. Парочка орков затащила и швырнула на пол Жуля. Как я и распорядился, сковали его знатно, он только и мог, что немного шевелить ногами. Вместе с гоблином в мой кабинет проникла отвратительная вонь. — Какого хрена?

— Он пытался сбежать из туалета. Теперь не пускаем, — кратко ответил орк-охранник.

— Понятно. Я все равно не планировал затягивать. Откройте окно. — Уставившись на смело смотревшего мне в глаза гоблина, я дружески поинтересовался: — И что мне с тобой делать?

— Вариант отпустить не рассматривается? — Не дожидаясь ответа, Жуль выдал мне давно отрепетированную речь: — Я много чего умею. Достать редкую вещицу? Легко. Украсть что-то у соперников? Раз плюнуть. Достать компромат? Тоже могу! Я полезный, ем немного, верный…

На последней реплике я не выдержал и расхохотался.

— Если понадобится шут, должность по-любому твоя, а так ты мне нахрен не упал. Заплати выкуп или вали.

— Выкуп? Какой выкуп, уважаемый. Окститесь! Я же бедный и несчастный гоблин…

— А я глава московского гетто нелюдей. Думаешь, другие кланы не слили мне всю инфу про тебя, Я-Кше? — Как и думал, при упоминании настоящего имени у гоблина вытянулось лицо. — Во сколько ты оценишь свою жизнь?

— Десять тысяч рублей! — выпалил он, мгновенно включив режим торга.

— Несерьезный разговор. Раз он такой любитель туалетов, идите и утопите его в выгребной яме.

— Стой! Пощади! Ты не имеешь права! — закричал гоблин, когда орки грубо поволокли его к выходу.

— Так пощадить или не имею права? В любом случае мне плевать, нехер было попадаться на краже.

Вместе с документами мне передали краткое описание, где и как поймали моих новых рабов. Орка, например, приговорили к казни, но его выкупил род Радзивиллов в качестве приза. Спросите, нахрена вообще кому-то упал дикий орочий генерал? Оказалось, что существовали любители, и я говорю не про постель. Молодые аристократы оттачивали свои навыки, другие просто любили пытками ломать сильные личности.

Жуль попался на краже, только не обычной. Он пытался спереть какую-то редкую статуэтку из дома Радзивиллов. Причем вполне успешно, попался исключительно из-за своей жадности. Пошедший на ночной дожор Николай Семенович очень удивился, застав у себя на кухне гоблина, поедающего его любимые пельмени. По достоинству оценив профессионализм вора, он добавил его в призы.

У эльфиек примерно схожие истории. Темную поймали при попытке убийства и выгодно продали ее в МДАМ, светлая угодила в рабство во время войны. Она служила нянькой наследнику уничтоженного рода и досталась победителям в качестве трофея. Обеих так же продали Николаю Семеновичу. Ладно, что-то я отвлекся, гоблин вон давно вопит в ответ на мое молчание.

— Сто пятьдесят тысяч! Нет у меня больше, клянусь чем хочешь! Чтоб у меня ноги отнялись и не стоял больше!

— Триста тысяч — и вали на все четыре стороны, — устало вздохнул я. Достал этот спектакль.

— Согласен! — мгновенно успокоился Жуль. — Там тебе должны были мой телефон передать, я с него перевод сделаю. Какие реквизиты?

— Тащите клоуна к Фельги. Когда подтвердит перевод, отведите к границе Капотни и пните посильнее. — Я подмигнул поскучневшим оркам, которым совсем не улыбалось возиться с воняющим и орущим гоблином. — Развязывать не обязательно.

— Эй, мы так не договаривались!

— Ну ты же клялся ногами, скажи спасибо, что я их тебе не отрубил. Ведите следующую… — Быстро сверился со своими записями. — Эм… Кэти Штемпель?

— К вашим услугам, — вежливо поклонилась мне гномка. Ее досье отличалось удивительной краткостью.