Ленивая Панда, Сергей Шиленко. Системный Рыбак 9
Глава 1
Элиза свернула на свою улицу и остановилась. У крыльца отцовской конторы стояла чужая карета. Лак на её дверцах отражал вывеску через улицу, на колесе поблёскивали серебряные накладки, на дверце золотом горел герб: два перекрещённых ключа на фоне горы. Внутри у Элизы упало. Этот герб она знала. Клейн. Папа последние полгода замолкал каждый раз, когда курьер с такой нашивкой приносил очередной конверт. Карета у их дверей в обычный четверг сама по себе была плохой новостью, а сегодня к ней ещё прибавлялся последний день месяца. Элиза прижала кошелёк к боку и побежала. Хлопнула входной дверью, пронеслась через пустой зал, нырнула в коридор и затормозила у кабинета. Дверь стояла приоткрытой, изнутри доносились голоса. Элиза заглянула в щель. Первое, что она увидела, что-то было розовое. У ножки стола, прямо в её отцовском кабинете, копошилось толстенькое существо с черепашьим панцирем и странной мордой. В этой морде угадывалась пасть гораздо более зубастого зверя, чем любая известная Элизе черепаха. Существо заинтересовано ворошила бумагу в плетёной корзине и довольно урчало. Элиза заставила себя поднять взгляд выше. Папа стоял у стола, опираясь о столешницу костяшками. Лицо у него было белого цвета. Напротив сидел незнакомый парень в дорожной куртке, лет шестнадцати-семнадцати на вид. Тёмные волосы, спокойный взгляд. На подоконнике у окна свернулся кот размером с пса, и шерсть его отливала тёмной бронзой. Между папой и парнем спинами к двери стояли трое в одинаковых тёмных костюмах. Старший держал развёрнутый свиток с печатью. — Морган, срок истёк сегодня в полдень, — сказал седой. — Долг не погашен. По решению городского суда имущество дома Дайл и филиала торгового дома Винтерскай подлежит немедленному аресту и описи. Особняк опечатывается сегодня, все лодки и прочее имущество — завтра с рассвета. А вас господа, я попрошу убраться отсюда. Элиза вцепилась пальцами в косяк. — Я отсюда никуда не уйду, — папа говорил тихо, но за этой тихостью у него под рубашкой ходило плечо. — Здание принадлежит семье Винтерскай, а второй этаж — мой дом. Здесь живёт моя дочь. — Это уже не имеет значения, — седой убрал свиток в папку и мило улыбнулся. — Если продолжите препятствовать, мы вызовем городскую стражу, и они вышвырнут вас отсюда с позором. А с ними я уверен, вы не горите желанием связываться. — Это грабёж, — папа выдохнул. — Опись пройдёт по заниженной оценке, и за это имущество вы получите вдвое больше его реальной стоимости. — Закон есть закон, — пожал плечами представитель Кляйнов. Юноша на стуле всё это время молчал. Он перекинул ногу на ногу и спокойно положил руку на колено. — Прошу прощения, господин… Эм, не знаю как вас звать, какова сумма долга? Старший повернулся к нему вполоборота и оглядел сверху вниз. — А вы вообще кто такой, юноша? — Он Ив Винтерскай, — папа разжал кулаки. — Старший партнёр и владелец почти всего филиала. В кабинете повисла пауза. Старший оглядел Ива ещё раз и хмыкнул. — Господин Винтерскай, я уважаю фамилию вашего покойного дяди, но переговоры о коммерческих долгах подобного размера обычно ведут люди, у которых уже выросла борода. Не отнимайте моего времени, эта сумма вам все-равно не по карману. — И всё же, — Ив улыбнулся углом рта. — Я прошу вас удовлетворить моё любопытство. Старший вздохнул с видом учителя, объясняющего урок туповатому ученику. — Двадцать тысяч золотых. У папы дёрнулась рука на столешнице. — Двадцать⁈ Я брал десять и продал всё своё имущество, чтобы закрыть четверть. |
