В настоящий момент мужчина чувствовал себя немного не в своей тарелке. Прежде всего он испытывал жгучую потребность выяснить, почему именно его кандидатура привлекла внимание знаменитого Лайона Переша, иначе говоря, капитана Хука. А кроме любопытства, у Левана были и еще кое-какие желания. Например, заработать. Или, если уж сделка сорвется, хотя бы уйти отсюда живым. В иное время и в ином месте он бы мог всерьез рассчитывать на помощь своих по-собачьи преданных, не знающих страха телохранителей, но во всем, что касалось Переша, ничего нельзя было сказать наверняка.

Сам капитан Хук по случаю деловой встречи соизволил сменить излюбленный старый скафандр или (столь же любимый и столь же потертый) летный комбинезон на безупречный костюм ценой в полтысячи ее (Леван бросил на идеальные линии костюма завистливый взгляд). Его спутники тоже выглядели вполне пристойно — Пауль Рюгге, второй комендор — белобрысый здоровяк с чеканными чертами лица истинного арийца, и женщина, немолодая и не слишком симпатичная, зато известная в Братстве, пожалуй, не менее, чем Лайон. Элиза Ривер, уже шесть лет летавшая штурманом на «Нарвале»… стерва и садистка, на руках которой крови было ничуть не меньше, чем у ее хозяина. Оба одеты подчеркнуто элегантно и столь же демонстративно скромно. И оружия при них не наблюдалось… Правда, капитана Чихладзе это как-то не слишком успокаивало.

— Мы на месте, — сообщил Переш, окидывая тяжело дышащего толстяка чуточку презрительным взглядом.

— Надеюсь, путь не слишком утомил вас?

— Ничуть! — Леван растянул мясистые губы в улыбке, стараясь, чтобы она не вышла подобострастной.

Переш, допустим, сила… и все же не надо заискивать перед ним, не надо демонстрировать, что он тут не только хозяин помещения, но и хозяин положения. В конце концов, речь идет о сделке. Возможно, о крупной сделке. Проклятье, да хоть бы и об очень крупной. КМТ «Таррагона» отменный корабль, и без фрахта Чихладзе и его команда не останутся в любом случае. Платит Хук по-королевски, это все знают, но и грузы его, как правило, в высшей степени интересны и флотским, и этим сосункам из «Скайгард». С другой стороны, принимать фрахт или нет — решать ему, Левану. «Астротранзит», как и многие подобные компании, предоставляла корабли, ремонтную базу и юридический статус в обмен на высокий процент от тех средств, которые капитан корабля получал за транспортировку грузов. Свобода капитанов подобных судов в выборе заказчиков была достаточно широкой.

— Надеюсь, дело, ради которого вы меня… — он чуть запнулся, подавив желание ляпнуть «вызвали», и тут же подобрал более нейтральный термин, — пригласили, того стоит. Простите, капитан, в последние годы мне не часто приходится передвигаться пешком.

— Уверяю вас, это дело многого стоит.

Хук коснулся пальцами сенсора. Массивная дверь уехала в сторону, открывая вход в довольно большое и почти совершенно пустое складское помещение. Небольшой стол у стены, заваленный оборудованием, и штабель контейнеров в центре зала. Да еще массивная конструкция в углу, тщательно укрытая черной пластиковой пленкой.

Ни оборудование, ни спрятанный под покрывалом предмет Левана не заинтересовали. А вот контейнеры… Он вдруг ощутил, как капля пота медленно поползла между лопатками.

— Итак, капитан Чихладзе, я позволю себе быть кратким. Если сделка будет заключена, мы сможем продолжить беседу в более комфортной обстановке, если же нет, то не стоит и отнимать друг у друга время. Сразу поясню, что вашу кандидатуру мне рекомендовали люди, которым я всецело доверяю… — Он прервался, словно осознав, что сказал глупость. Все знали, что капитан Хук доверяет себе и только себе.

— Такой отзыв весьма лестен.