К удивлению девушек, Бэйн зла на Джада не держал — в конце концов, идея гонок принадлежала Карелу, и он чувствовал, что и сам в чем-то ответственен за результат. Да и не погиб же никто — экипаж «Нокса» отделался ушибами, парням Джада повезло меньше — три серьезных перелома, два сотрясения мозга, один обморок от кислородного голодания — второго пилота «Корсара» киберы вынули из обломков корабля уже с практически «сухими» баллонами, еще пять-семь минут, и дело могло закончиться плохо.

Но одно дело отношения между своими, и совсем другое — с руководством «Скайгарда», единственным чрезвычайным и полномочным представителем которого на борту станции был Шеденберг.

Правда, рыжий выглядел слишком жизнерадостным для пилота, только что окончательно и бесповоротно списанного из летного состава.

— Не тяни, — прервала театральную паузу Леночка.

— Полковник, конечно, задница, — протянул Джад, довольно улыбаясь. — Этого у него не отнять. Но… как бы это правильней сказать… В общем, он принял решение повесить на меня долг за угробленный корабль. И теперь я должен ежемесячно отстегивать по тридцать процентов от всех поступлений на мой счет. Пока не расплачусь.

— Я что-то не уловила, чему тут радоваться, заметила Катя, поднимая бокал и любуясь игрой света на хрустальных гранях. Неизвестно, каким путем попал хрусталь на боевую платформу, но попал — и теперь украшал быт девушек, как единственной на борту полностью женской команды. Что бы там ни говорили, но напиток в хрустале существенно отличается по вкусу от того же самого напитка, но в унылой небьющейся пластиковой емкости из стандартного набора, предлагаемого в общей столовой или баре.

Леночка тоже пожала плечами. Только Снежана не выказала удивления — хотя бы просто потому, что была чрезвычайно занята делом. В настоящий момент она вовсю орудовала дрелью, уродуя привинченную к стене узкую металлическую полочку.

— Тебе расплачиваться лет триста.

— Да хоть все пятьсот! — махнул рукой Джад. — Девчонки, вы не понимаете всей соли. Чтобы расплатиться, я должен получать деньги. А чтобы их получать — должен летать. Так что я остаюсь в «Скайгарде», и у меня будет новый корабль. Примерно через месяц ожидается прибытие транспорта с парой «Стражей» на борту.

Собственно, назвать «Страж» кораблем можно было либо от огромного, ничем не замутненного энтузиазма, либо от полного отсутствия альтернативы. Эти достижения инженерной мысли выпускались всего несколько лет — не иначе как кто-то в руководстве Флота получил немалую взятку. Слабо вооруженный и столь же слабо защищенный истребитель орбитальной поддержки даже не имел маршевого двигателя и предназначался (по задумке конструкторов) для патрулирования околопланетного пространства. А в случае любого боестолкновения единственное, на что мог рассчитывать экипаж «Стража», — это геройски погибнуть. В серьезной схватке он не стоил ничего — та же «Маргаритка», совершенно неприспособленная для маневренного боя, могла без усилия перемолоть три-четыре подобные скорлупки, не понеся при этом ни малейшего урона.

С другой стороны… лучше летать на этом корытце, чем не летать вообще.

То, что сделал Шеденберг, следовало бы назвать «благородным жестом». Формально он поступил совершенно законно — навесил на пилота долг и создал тому возможность этот долг погасить.