|
Правда, полковник заикнулся о чем-то насчет «непредвиденных обстоятельств», в условиях которых возможно все, что потребуется для сохранения целостности пассажира, экипажа и корабля. Именно в этой последовательности. Но эту невнятную реплику Катя пропустила мимо ушей — если подумать, то любой полет состоит из череды более или менее «непредвиденных» ситуаций. Кто желает стабильности и определенности — сидит на земле.
— Счастливого пути, «Маргаритка»! Привет Земле.
— Передам.
Традиция зародилась лет двести тому назад. Имя того, кто первым попросил пилота корабля, улетающего к материнской планете, передать привет колыбели человечества, история не сохранила. Но с тех пор рейсы к Солнцу непременно сопровождались ритуальной фразой — и вряд ли нашлись бы среди пилотов хоть пара таких, кто не исполнил бы эту просьбу.
Засвистели, набирая мощность, импеллеры. Массивная туша штурмовика шевельнулась, отрываясь от посадочной платформы, и медленно поплыла к черному провалу космоса. Силовое поле, удерживающее воздух на палубе, пропустило корабль, тут же автопилот дал на маневровые двигатели полную мощность, и «Маргаритка», все ускоряясь двинулась прочь от станции.
— У вас замечательный корабль, Катя.
Киратди развалился в кресле второго пилота и с видимым удовольствием потягивал томатный сок из высокого бокала. Шелест с удивлением обнаружила, что зрелище существа, так похожего на вампира, да еще и наслаждающегося густой кроваво-красной жидкостью, уже не вызывает у нее неприятных ощущений. Леночка оказалась менее стойкой и, сославшись на неотложные дела, покинула рубку. Надо будет с ней поговорить по душам… Градова, конечно, натура впечатлительная, но надо же держать себя в руках. В конце концов, о потребности пассажира в общении их предупредили заранее.
— Скажем так… он заметно лучше стандартного образца. Но, увы, «Протеи» не относятся к шедеврам флота Федерации.
Сейчас «Маргаритка» двигалась в режиме пульсации, тысячу раз в секунду преодолевая горизонт бета-слоя и тут же вываливаясь обратно, в обычное пространство. 234 световые секунды за секунду — абсолютный предел для штурмовика. В смысле, абсолютный — в штатном режиме. Форсируя двигатель (и с гарантией сжигая его за 5–6 часов), «Протей» мог дотянуть почти до 300 сс/с, но такое издевательство допускалось разве что при проведении спасательных операций.
— Мне нравится техника людей, — улыбнулся ше'ти. — Ваши корабли немного лишены изящества, но весьма функциональны. Я думаю, это связано с несовершенством ваших источников энергии. Использовать расщепление топлива… Поверьте, это детство цивилизации.
— Зато наши корабли существенно быстрее ваших, пожала плечами Катя. — Насколько я знаю, еще ни один «чанг» ше'ти не преодолел порога в 200 сс/с.
— Это так! — Спорить с очевидным было бессмысленно. Киратди глотнул сока, затем жестом попросил вновь наполнить стакан. — Это действительно так, но к чему торопиться? Наши корабли… Кстати, почему вы называете их «чангами»?
— А вы не знаете? — искренне удивилась Шелест.
— Ну почему же, я слышал официальную версию.
— Тогда я вряд ли скажу что-то новое… — Катя бросила короткий взгляд на пульт, дабы убедиться, что системы работают идеально. — Люди вообще склонны вешать ярлыки… ну, придумывать названия, отражающие в значительной мере внешние признаки. Корабли Амстад, к примеру, называют «пауками». Хотя сходство с этим насекомым у Звездных Скитальцев Роя более чем отдаленное. А ваши… ну, считается, что на самом деле у вас только один класс корабля. |