Изменить размер шрифта - +

Джанет всегда искренне и преданно любила его, даже когда он вернулся из Вьетнама — чужой странный человек, забывший прошлую жизнь и не желающий приспосабливаться к новой. В глазах жены он всегда оставался тем веселым, энергичным, умным парнем из Западной Виргинии, в которого она влюбилась в юности. Она не могла и не хотела осознать, что Декстер Витлоу очень изменился, стал совершенно другим человеком, а того молодого веселого парня, которого она любила, больше не существует — он остался в непроходимых джунглях Вьетнама.

Охотничий азарт, терпеливая долгая слежка, погоня, прицел и сладостный миг нажатия на курок — вот и все, что в течение последних лет вызывало интерес у Декстера Витлоу, будоражило его чувства, заставляло быстрее бежать кровь по жилам. Странно, но то, что когда-то искорежило его жизнь, теперь оставалось единственным, что ее поддерживало. Он был высококлассный снайпер, меткий стрелок. Это искусство делало его могущественным, сильным и почти неуязвимым.

Теперь не имело смысла анализировать прошлую жизнь, корить себя за то, чего не сделал и ругать за то, что совершил. Жизнь сложилась так, как сложилась, и ничего в ней уже не изменишь, ни единого мгновения. Да, Декстер Витлоу убил очень много людей, а вот лишил жизни всего лишь одного. Он еще со времен войны понял принципиальную разницу между словами «убить»и «лишить жизни». Убить противника, врага на войне — это одно, а лишить жизни человека в мирное время — совершенно другое.

Декстер Витлоу остановился около телефона-автомата, снял трубку и бросил монету в щель. Он наизусть знал номер. Некоторое время Декстер напряженно вслушивался в длинные гудки, а когда на том конце провода наконец ответили, тихо, но отчетливо произнес:

— Меня зовут Декстер Витлоу.

Всю жизнь он расплачивается за преступление, которое когда-то совершил. С него довольно. Теперь настало время другим платить по счетам.

 

 

Темным февральским вечером, когда Карен на машине подъехала к своему дому, на ступеньке около входной двери лежала небольшая коробка. Увидев ее в свете передних фар, девушка нисколько не удивилась и не заинтересовалась содержимым. В последнее время она не делала никаких заказов в магазинах и поэтому была уверена, что посылка доставлена по ошибке, не по тому адресу.

Выключив мотор, Карен взяла с сиденья тяжелые сумки и несколько пакетов, вышла из машины и направилась к дому. Сумки оттягивали руки, а ноги в легких туфельках мгновенно промокли. Карен недовольно поморщилась. Опять она поленилась переобуться после работы, надеясь, что несколько метров по мокрому грязному снегу от машины до входной двери ей удастся одолеть без последствий. Но она так устала за время долгого и напряженного дежурства, что мечтала лишь об одном: быстрее попасть домой, лечь в постель и уснуть.

Переложив сумки и пакеты в одну руку, Карен открыла входную дверь, взяла посылку и вошла в дом. Там было темно, мрачно и тихо. Карен вздохнула. Когда же она наконец будет оставлять включенную лампочку, уходя на работу? Неприятно и грустно возвращаться в пустой дом, где никто не встречает тебя у порога, не радуется твоему приходу и не готовит горячий ужин. Она никак не могла привыкнуть к тому, что все изменилось, и ей придется теперь, как это ни печально, научиться жить одной.

В течение многих лет после многочасового дежурства в больнице Карен всегда встречала у порога Джанет — ее мать. Каждый раз она радовалась приходу дочери, из кухни доносились восхитительные запахи, а в комнате негромко работал телевизор. Джанет нравился звук включенного телевизора, хотя она редко его смотрела. Звук был ей нужен лишь как фон. Карен всегда знала: как бы поздно она ни заканчивала работу, какой бы усталой ни была, вечером она откроет дверь и увидит радостное лицо матери и ее улыбку.

Все кончилось в один день, и произошло это три недели назад.

Быстрый переход