- Подумаешь! - сказал он. - Заблудился. Эка невидаль! Не зима, не замёрзну. Летние ночи - короткие. А как рассветёт, найду тропинку, домой выберусь.

Стал он осматриваться, где бы на ночлег пристроиться. Видит - мох пушистый под ёлкой. Лёг на мох, уткнулся носом в куртку, воротник повыше натянул и заснул.

Проснулся, вроде как кто-то его за плечо тронул. Открыл глаза, смотрит, не ночь уже и вроде как не утро. Солнца нет, как нет. Протёр он глаза, стал осматриваться. Никого. А вокруг него - туман. Да такой густой, что даже деревьев рядышком не видно. И в тумане этом стучит что-то.

- Тук... Тук... Тук... Тук...

Вроде как часы, только стук деревянный.

Окликнул мальчик. Никто не отзывается. Только тот же стук... И всё ближе... ближе... ближе... Вот уже совсем этот стук близко...

И вышли из густого тумана... ГРОБЫ!!!

Мальчик попятился от них, обернулся, а за спиной у него тоже - ГРОБЫ. Он влево - оттуда ГРОБЫ. Он вправо - оттуда тоже ГРОБЫ.

Другой на его месте так завопил бы! Но он был мальчик, который не боялся.

- Подумаешь, гробы! - воскликнул мальчик. - Видал я эти гробы...

Подошёл к самому большому гробу, который был на три головы его выше, открыл смело крышку, а оттуда вышел... медведь! Огромный и в белых тапочках.

- Ты кто? - спросил его мальчик.

- Я тот самый медведь, которого ты видел в гробу и в белых тапочках! - грозно рявкнул медведь. И нехорошо так посмотрел на мальчика. И даже облизнулся шумно, словно перед ним был не мальчик, а куст малины.

Но мальчик совсем даже не испугался.

- Подумаешь! - пожал он плечами. - Медведь в белых тапочках. Ну и что? Я в городе в цирке медведицу в платье видел, она даже воду на коромысле носила.

И открыл он гроб средней величины, на две головы выше мальчика. И вышел из этого гроба волк в белых тапочках. Не дожидаясь вопросов, он хлопнул мальчика тяжёлой лапой по плечу, да так сильно, что тот даже присел. А волк щёлкнул зубами-саблями и сказал:

- Здорово, пацан! Узнаёшь братана?! Я тот самый волк, которого ты видал в гробу и в белых тапочках!

И стал разглядывать мальчика, как бифштекс на прилавке.

- Подумаешь, волк, - проворчал мальчик, стараясь не замечать взгляда волка. Нехорошего, надо сказать, взгляда. - Подумаешь, в тапочках. У нас во дворе Жучка лапу подавать умеет. Вот это вот да.

И подошёл мальчик к гробу поменьше - всего на голову его выше. Открыл крышку, а оттуда змея - и тоже в белых тапочках. И шипит, ещё, главное:

- Сссслушшшшай, сссслушшшай. Я та сссамая ззззмея, которую ты в белых тапочках видел...

- А ты вообще молчала бы, пресмыкающаяся, - огрызнулся мальчик. Тоже мне - кусок верёвки, а туда же - разговоры разговаривать.

И подошёл к маленькому гробу, как раз с него самого ростом. Стал он крышку дёргать - не открывается гроб.

Дёргал-дёргал, никак. Обернулся он к медведю, волку и змее и говорит:

- Помогли бы, что ли. Чего смотрите?

- А мы тебя видим в гробу в белых тапочках! - закричали звери.

Бросились они на мальчика, надели на него белые тапочки, засунули его в гроб и крышку захлопнули...

- И что потом с этим мальчиком было? - спросил я.

- Ничего особенного, - усмехнулся Васька. - Он до сих пор по ночам бродит, смелых мальчиков караулит. Как увидит мальчика, который не боится, так подкрадывается к нему, хватает за руку и кричит...

При этом сидевший рядом со мной Петька неожиданно схватил меня за руку и заорал:

- ВОЗЬМИ МОИ ТАПОЧКИ!!!

Я даже подпрыгнул от неожиданности.

- Испугался, герой? - засмеялся Васька.

- Просто от неожиданности, - стал оправдываться я.

- Ты лучше честно скажи - страшно?

- Ну, немножко страшновато, - признался я.