Даймонд впился в него взглядом:

— Такого удовольствия я вам не доставлю.

— Значит, блестящая гипотеза рухнула?

— Нет. Она надежна. Предъявите ему обвинение в убийстве, Септимус.

Приглашение Даймонда на ужин всеми, кроме него самого, было истолковано как обещание бесплатных напитков в спортивном баре. Даймонду не осталось ничего другого, как присоединиться к компании. Кто-то решил пошалить — скорее всего, Джон Димен, — и после десятка телефонных звонков бар заполнили знакомые лица: полицейские, гражданские служащие, их жены. Прибыла Палома, а когда явился бледный, но улыбающийся Кит Холлиуэлл в сопровождении жены, зал огласился радостными криками.

Даймонд сказал Паломе:

— Все началось с предложения накормить сосисками с пюре того, кто и вправду это заслужил. А теперь мне понадобится дополнительная ссуда.

В разгар вечера шум в зале вдруг утих, Лимен поднял бокал:

— За шефа!

Ингеборг подхватила:

— Речь!

Даймонд нехотя поднялся:

— Ну, что я могу сказать? Разве что поблагодарить вас за отличную работу.

— Я хочу спросить, — вмешалась Джорджина. — Мы слушали допрос через стекло, и хотя никто из нас не сомневается, что двое арестованных виновны в убийстве, на вопрос о жеребце вы так и не ответили. Зачем им понадобилось убивать его?

— Ради страховки, — объяснил Даймонд. — Он был застрахован на сто тысяч долларов.

— Но ведь за него предлагали гораздо больше.

— Даже шейх-миллиардер не станет покупать племенного жеребца, не убедившись в его достоинствах как производителя. В соглашении оговаривалось проведение независимой экспертизы. Ветеринар, к услугам которого обращался тренер, не внушал доверия, поэтому Типпинг попросил дочь выполнить все необходимые анализы. И Давина, к своему ужасу, обнаружила, что жеребец бесплоден. Сделка оказалась под угрозой, от бесплодия жеребец не был застрахован — только от болезней и на случай смерти. Отцу и дочери досталась лошадь, которая не могла ни участвовать в скачках, ни давать потомство. Обсудив все это, они решили инсценировать похищение, чтобы получить хотя бы страховку. Сотня тысяч лучше, чем ничего.

— А мы сможем это доказать? — спросила Джорджина.

— Как и следовало ожидать, Давина уничтожила все записи об анализах. К счастью, копия результатов независимой экспертизы имелась не только у нее. В округе немало лабораторий, где делают анализ конской спермы. Уже во второй лаборатории из списка нашлись сведения об анализе, проведенном в июле 1993 года для компании Давины. Кличку жеребца не указали, но результат был отрицательным.

— А это редкость?

— Такая редкость, что мы обязаны ей этим делом, мэм.

— Я под впечатлением, — вздохнула Джорджина. — Честно!

Вмешался Джон Димен:

— Мэм, вы сумели выразить наши общие чувства. Вы не находите, что наш шеф заслуживает признания?

Она нахмурилась, вспомнив, что всему есть свои пределы.

— Что вы имеете в виду?

— Почести, мэм. Разве в Лансдаунском обществе не открываются вакансии?