– До свидания не говорю. Ни к чему оно, свидание.

– Это точно, – сухо, в тон мужчине подтвердил Макс и вылез.

«Лада» плавно тронулась, унося последнюю дань. Теперь Максим свободен – ченч есть ченч и он уплачен. Он отмыл Кону деньги, а тот выполнил его заказ. Точка поставлена – разошлись. И так хотелось бы сказать – теперь я счастлив, да только язык не поворачивался.

Взгляд прошелся по темному, наглухо затянутому тучами небу: если там Бог? Если есть, наверное, должен понять, что выхода у Макса не было.

– Забыли, – приказал себе, вычеркивая прошлое. Прошло.

Поправил перчатки и залез в свое авто.

Глава 3

Утром выпал снег. Скиф месил грейдерами грязь, и не замечал никого вокруг, как всегда погруженный в свои мысли.

У моста, уже знакомая собака чуть не сбила его с ног. Встала перед ним, преграждая дорогу и, виляла хвостом, заглядывая в глаза. Влад не знал, что сказать, сделать. Им овладело щемящее чувство, необычное, забытое настолько, что он не мог дать ему определение. Пес заставил его очнуться и почувствовать себя кому то нужным. Он явно был рад встрече, и ему, в отличие от остальных, было все равно, кто он, что. Ему не нужно было доказывать свою силу, не нужно было играть роли… вертеть на пальце ключи, взятые от загнанного в сервис на аэрографию ягуара.

– Привет, – хрипло выдал парень, и смутился собственного голоса, собственных чувств.

– Макс! Ко мне! – послышался окрик за спиной, впрочем, немного ленивый. Скиф обернулся – вчерашний любопытный – высокий мужчина в теплой светлой куртке смотрел на него исподлобья и чуть похлопывал свернутым в руке поводком по ноге. Овчарка взяла старт с места и понеслась к нему. Скиф почувствовал разочарование, оно слишком больно кольнуло его. А разобраться – кто он псу? У него есть хозяин.

Парень, ссутулившись, пошел своей дорогой.

Максим же, стоял и как примороженный к месту, смотрел ему в след, не обращая внимания на заигрывания собаки, желающей еще побегать и поиграть.

Мужчине очень не нравился этот тинейджер, но еще больше не нравилось чувство, что рождал его вид – тревоги, глубокой и необъяснимой как НЛО. Все та же распахнутая куртка, тонкая футболка и волосы ежом, а снег шел не на шутку, кружил под порывами северного ветра, обжигая лицо. Мальчишка может схватить пневмонию, если будет ходить в таком виде. Что за беспечность, что за патологическое наплевательство на себя?

Да, какое тебе до него дело?! – возмутился сам на себя и потащил недовольного прерванной прогулкой Макса домой.

Привычный завтрак: омлет и чашка кофе с молоком, стакан апельсинового сока. Мужчина закурил, поглядывая в кремовую жидкость, дымок, что вился над чашкой и вновь вспомнил мальчишку, который сгорбившись загребал ботинками месиво из снега, удаляясь по улице, и полы распахнутой куртки, что превращали его в огромную черную летучую мышь. Что то не давало Максу покоя, что то не вязалось, не связывалось, настораживало.

Вторая встреча? Случайность?

У него уже не было неприязни к мальчишке за выкинутый дневник, он и сам закинул его в глубь ящика рабочего стола и с удовольствием забыл. А сейчас вспомнил.

Может, за ним возвращался парень?

Зачем тогда брал, выкидывал? Отдал бы хозяйке.

Наверное, его зовут Дима.

Мужчина затушил сигарету и решительно поднялся, оставив кофе недопитым, а сок нетронутым.

Стоит дочитать дневник, а потом судить.