В коридоре к ней подошла молодая медсестра, с которой они иногда разговаривали:

— Она так ничего вам и не ответила?

Бейли покачала головой:

— Нет, ни слова.

— Очень жаль. Не хочу вас зря обнадеживать, но…

— Я понимаю. И смирилась с этим. По крайней мере, ей здесь удобно. Спасибо за это.

— Почему-то она хочет все время сидеть и смотреть в окно. Не думаю, что она видит там что-то. Но каждое утро, когда мы делаем первый обход, она уже сидит у окна, это просто удивительно.

— Похоже, у нее нет аппетита? Она выглядит похудевшей, — отметила Бейли.

— Да, аппетит не очень. Но ей нравится пюре, и она не возражает против бульона. Ей нравится пить его через соломинку.

— Хорошо, Элисс, спасибо. Я зайду еще через несколько дней.

— Конечно.

Медсестра прошла мимо. Бейли последний раз оглянулась на мать и осторожно прикрыла дверь в комнату.

Глава 18

Теплый луч солнца упал на ее лицо, хотя было всего десять часов утра. Марти перешла оживленную улицу, стараясь не расплескать стаканчик кофе, осторожно держа его в одной руке. В другой руке она сжимала пакет с двумя чертовски соблазнительными булочками с корицей. В первые же дни после приезда сюда Марти обнаружила эту небольшую пекарню, и прогулки за выпечкой стали ее ежеутренним ритуалом. Хотя обычно она брала к кофе что-нибудь менее калорийное, чем эти пышные булочки с корицей, которые выбрала сегодня.

Поднявшись по ступенькам к арендованному ею дому, Марти оглянулась, глядя поверх ряда зданий в сторону пляжа. Ей хотелось снять жилье со свободным выходом к воде, но это стало бы слишком большой нагрузкой для ее банковского счета. Так что ей пришлось согласиться на дом в одном квартале от пляжа, где тоже были слышны волны и чувствовался запах моря, А если оглядеться вокруг, то можно было и увидеть воду за линией домиков на сваях. Большинство из них были совсем новыми, отстроенными взамен разрушенных или слишком поврежденных ураганом «Катрина». Удивительно, как быстро этот район вернулся к прежней жизни.

Прошло уже четыре недели, как Марти жила здесь, но она все еще не могла понять, почему она приняла решение приехать именно в Галфпорт, штат Миссисипи.

Когда ее самолет приземлился в Новом Орлеане, она вышла и отправилась к стойкам для проката автомобилей. Она еще не определилась с направлением, но улыбнувшись служащему проката, ответила, что отправляется в Даллас. Конечно, если за ней действительно кто-нибудь следил, то ему было бы несложно обнаружить, что она сдала автомобиль не в Далласе, а в Билокси. Могли обнаружить и то, что после этого она заказала такси от Билокси до Галфпорта.

Марти чувствовала себя настоящим параноиком, когда решила не включать свой мобильник и воспользовалась общественным телефоном, чтобы позвонить своей квартирной хозяйке. Миссис Полсон совершенно равнодушно выслушала, что Марти будет отсутствовать немного дольше, чем обычно, и пока не знает, когда сможет вернуться.

На е-мейл пришел ответ от Дэвида: он заверил Марти, что обязательно заберет прибывший багаж и отнесет его к миссис Полсон. Он выразил некоторое любопытство относительно того, почему ее багаж вернулся в Атланту без нее, но Марти вежливо проигнорировала его неуместные вопросы, поблагодарила за помощь и щедро пообещала, что будет должна ему обед после возвращения.

Теперь она сидела на крыльце своего дома — необычно высоком, что давало возможность осматривать окрестности — и собиралась приступить к завтраку, кофе с булочками. Хотя она и не сдалась окончательно в расследовании дела Ромеро, но и продолжать работу над ним пока не могла. Снова воспользовавшись общественным телефоном, она позвонила Кесаре, чтобы сообщить ей обо всем, что произошло в Браунсвилле.