На «Маяке» началась программа новостей. Споласкивая чашку, она рассеянно выслушала сообщение, что в Москву прибыла группа высокопоставленных чиновников ВТО. По кислому тону диктора можно было предположить, что вся эта компания завалилась к нему домой и устроила там пьяный дебош. Светлана вытерла крошки со стола, оглядела кухню:

– Вот и вся уборка. Что значит муж в командировке – вроде никакой работы по дому и нет.

Диктор в ответ намекнул, что назначенная на сегодня встреча иностранных визитеров с членами российского правительства, грозит экономике страны серьезными осложнениями.

– И нечего меня пугать! Лучше бы про погоду рассказал.

Диктор, на удивление послушно, признался, что в Москве ожидается дождь, а в Санкт Петербурге ясно, но прохладно.

– Что ты мне про столицы, – укорила его Светлана, вытирая мокрые руки. – Мне интересно, что у нас.

Она сама понимала, что упрек не по адресу – хочешь знать местные новости, слушай местное радио. Выключила приемник и ушла с кухни. В комнате подошла к окну, глянула на прикрепленный к раме снаружи термометр. Ну и сентябрь в этом году – с утра двадцать пять градусов! Что ж, выбор нарядов диктует погода – достаем из шкафа сарафанчик!

Так, почти готова. Остановилась перед зеркалом. Краситься сегодня неохота, только губки помадой тронем, вот так. Провести массажной расческой по волосам, проверить сумочку… ключи, деньги, документы, все на месте. Последний взгляд в зеркало, ноги в босоножки… Вперед, Светлана Дмитриевна, на трудовые подвиги!

Поезд, как всегда, действовал успокаивающе. Все таки, не любил Олег самолеты. Сидеть несколько часов в кресле, даже самом удобном – настоящая пытка. То ли дело устроиться, вытянув ноги, на мягкой полке. Ритмичное покачивание вагона, стук колес, деревья мелькающие за окном – что еще нужно человеку, желающему использовать долгие часы дороги для полноценного отдыха? Радио он выключил, как только вошел в купе спального вагона, а на шум ссоры, доносящийся из за тонкой перегородки, можно просто не обращать внимания. Очень даже просто: лечь на спину, положить руки под голову, закрыть глаза и расслабиться. Через некоторое время голоса соседей сливаются с монотонным стуком колес, становятся чем то вроде музыкального сопровождения.

– Та ти ти ти ти та та ти ти ти! – высокий женский голос возмущенно выговаривает, срываясь время от времени на некрасивый визг.

– Бу бу, бу бу бу, – перебивает неторопливый баритон, – бу бу бу…

Олег вздохнул и повернулся на бок. Судя по накалу страстей, военные действия скоро выплеснутся из купе. Может, если продолжать лежать с закрытыми глазами, удастся притвориться спящим? Хотя, вряд ли это поможет. Увы.

Он не ошибся. Не прошло и трех минут, как дверь соседнего купе грохнула и, через секунду, его собственная дверь, дернулась и откатилась в сторону.

– Тернов! Ты слышал, что сказал этот человек? – прекрасное сопрано, уместное в большом концертном зале, в двухместном купе просто оглушало. Собственно, Эля и была певицей, но несколько лет назад из за проблем с голосом ей пришлось оставить сцену и теперь она, с не меньшим успехом, выступала в роли администратора. – Я требую, чтобы ты вмешался!

Разумеется она не обратила внимания на его закрытые глаза и нарочито ровное дыхание. Олег приподнял голову, укоризненно сказал:

– Эля, я почти заснул…

– Ерунда, – величественная блондинка в шелковом бирюзовом халате до пят, небрежно отмахнулась от его слов. – Нам ехать еще больше пятнадцати часов, успеешь выспаться. А вопрос с Михаилом надо решать немедленно!

– Мне больше нравится другой вариант – я сейчас посплю, а с Мишей поговорю потом. Или ты боишься, что он спрыгнет с поезда и исчезнет в голубой дали?

– Шутить в такой ситуации глупо и неприлично, – широкие бирюзовые рукава взметнулись вверх и опустились, словно крылья огромной бабочки.