И в то же время Нира чувствовала илдиранскую культуру намного глубже, чем это было под силу старой зеленой священнице, и девочка всегда считала необходимым поделиться своими впечатлениями с саженцами вселенского леса. Таким образом, вселенский лес и в этой области расширял свои знания.

Отема, уже не способная отказаться от своего восприятия мира глазами посла, продолжала очень беспокоиться о политическом будущем Терока и распространении зеленых священников на территории Ганзы. Когда, после бесконечных часов чтения вслух, она начинала испытывать усталость, Отема расслаблялась, прикасалась к саженцу и устанавливала телепатическую связь со вселенским лесом для того, чтобы узнать новости.

Она попыталась проследить деятельность Сарайн в качестве посла в Ганзе, узнать, какие переговоры провела молодой посол и какие документы подписала. Пока что Сарайн осуществила не слишком много нововведений… но это Отему не успокаивало. Сарайн вполне могла проводить в жизнь свои планы за закрытыми дверями, не допуская туда зеленых священников сети телепатической связи.

О, какой вред она могла нанести!

Отема передала свою озабоченность вселенскому лесу, и другие священники, особенно те, которые располагались на Земле, стали тоже наблюдать за происходящим. Но вселенский лес, похоже, был слишком озабочен своими собственными тревогами, чем-то намного более важным, чем просто политика Земли, чем-то таким, что еще не смог понять ни один зеленый священник.

Она, так же как и многие ее коллеги, пыталась побольше выяснить об этой беспокоящей вселенский лес тайне, но деревья пока в ответ выдавали только одни предупреждения, намеки и пророчества. А чтение Отемой «Саги Семи Солнц» увлекало и беспокоило вселенский лес еще больше.

И вот она взяла очередную порцию документов и начала рассказывать деревьям новую историю из илдиранского эпоса.

Два посаженных в горшочки саженца оставались в апартаментах Ниры, в то время как остальные маленькие деревца были заботливо рассажены на покрытых лианами стенах небесной сферы, в огромном террариуме, находящемся над приемным залом Мудреца-Императора.

Она услышала шаги в своей комнате, но не стала обращать внимания на посетителя, пока не кончила читать легенду о глухом певце, музыка которого была настолько сильной, что могла остановить сердце слушателей, хотя сам певец никогда не слышал своих мелодий. К сожалению, Мудрец-Император, правящий в те времена, вынужден был приказать казнить певца после того, как он, благодаря своей силе вызывать меланхолию, стал причиной смерти двух благородных слушателей, охваченных горем.

Со вздохом Отема отложила в сторону документы и повернулась, чтобы поприветствовать хранителя памяти Вао'ша. Историк стоял в дверях, его руки были полны свитков и других письменных источников.

– Ясомневаюсь, что вы уже готовы к получению новых частей «Саги», посол Отема, но я отобрал для вас вот эти особенно интересные истории. Вам они понравятся.

– Точно так же они понравятся и вселенскому лесу… Ах, если бы у меня было больше времени.

Вао'ш рассмеялся – так дружелюбно, что согрел сердце Отемы.

– Я слышу об этой трудности с того момента, как родился историком. Для хранителя памяти самое трагичное умереть в молодости, потому что он так и не сможет прочитать полностью весь эпос и умрет неудовлетворенным.

– К счастью, – сказала пожилая женщина, – вселенский лес может воспринимать информацию из параллельных источников. Прочитать всю «Сагу» от начала до конца не является целью моей жизни, но я должна быть уверена, что лес в любом случае узнает весь этот эпос.

Хранитель памяти аккуратно положил свои документы рядом с документами, уже лежащими на рабочем столе Отемы.

– Я уверен, что в этом аспекте хранители памяти могут предложить вам свою помощь, посол.