На мостике «Голиафа» король Фредерик объявил об окончании визита. Должно быть, Бэзил Венсеслас проинструктировал его не затягивать мероприятие больше чем на час. Перед командой джаггернаута стояли задачи поважнее.

– Господа, – сказал Фредерик, – мы очень довольны и удивлены. Я нашел «Голиаф» в совершенно удовлетворительном состоянии, я объявляю, что он готов к отходу. Этот Джаггернаут будет флагманом наших восхитительных Земных Оборонительных Сил, – когда он улыбнулся, на его морщинистом лице промелькнул детский румянец. Я верю, что в один прекрасный день вы окажете мне честь, и я отправлюсь с вами в краткий круиз по Солнечной системе.

– Это легко можно будет устроить, Ваше величество, – сказал Ланьян, потом вспомнил о том, что ему говорил Бэзил Венсеслас в отношении общественного мнения. – Мне бы хотелось воспользоваться случаем и выразить мою огромную благодарность каждому гражданину Земной Ганзейской Лиги. Их поддержка, их жертвы и их бесконечная вера будут залогом полной и безоговорочной победы. Мы, люди, очень сильная раса. Мы можем оказаться легкомысленными в начале, но в конце нас всегда ждет триумф.

– Хорошо сказано, генерал, – просиял Фредерик. – Я отправлю свою королевскую команду на новый расширенный флот, и сделаю это как можно быстрее. Как только мы победим трусливого врага, который наносит удары без предупреждения, мы сможем вернуться к нормальной преуспевающей жизни во всех ганзейских колониях.

Королевская свита зааплодировала, в то время как корреспонденты жадно старались ухватить каждое слово и запечатлеть каждый кадр, чтобы донести это до своих зрителей.

Сердце генерала Ланьяна наполнилось энтузиазмом и уверенностью, но умом он понимал, что действительность всегда намного сложнее, чем выглядит в речах. Взглянув на другую сторону мостика «Голиафа», он встретился глазами со Штромо. Оба, задумавшись об одних и тех же оговорках, сразу поняли друг друга.

Новый земной боевой флот был намного мощнее всего того, чем когда либо приходилось командовать Ланьяну. Его корабли были более многочисленны, его оружие более разрушительным. Но они практически ничего не знали о возможностях или мотивах своего противника.

Ланьян боялся, что все эти бодрые речи и празднования являются не более чем насвистыванием мальчишки, идущего по ночному кладбищу.

89. ДЖЕСС ТАМБЛЕЙН

Сердце Джесса все еще болело от гнева, но теперь, когда он пришел к решению, что же именно требовалось предпринять, свобода придала ему головокружительное чувство облегчения. Еще никогда в жизни он не видел так ясно свою Путеводную звезду; он точно знал, какой курс ему надо выбрать.

Джесс не собирался информировать Совет Скитальцев о том, что намеревается предпринять; ни Рупора Юхай Окнах, ни даже Ческу Перони. Он видел перебранки, панику и нерешительность на последнем собрании кланов в Приемном Комплексе. Они только замутят воду.

Нет, хорошо или плохо, но это будет его персональным возмездием. Его дядья на Плюме одобрили этот план, сварливый Калеб Тамблейн даже настаивал на том, чтобы пойти вместе с ним, но Джесс ясно дал понять, что главным должен быть он. Это было дело его клана, его ответственность… его месть. Немаловажно, что в произошедшем никого кроме него нельзя будет обвинить.

В сопровождении группы рабочих, отобранных на производстве воды на Плюме, Джесс взял несколько производственных кораблей и загрузил их всеми ресурсами и оборудованием, которые ему могут понадобиться.

Эти добровольцы знали Росса, работали на Брама Тамблейна и выполнят любой приказ Джесса. Как только дядя Калеб узнал, что он задумал, и рассказал об этом рабочей команде, никакие силы вселенной не могли удержать их от того, чтобы ему помочь.