Сам автомат валяется у меня почти под ногами. Похоже, Шеин выронил его, когда я начал всаживать в него одну за другой пули из «Грача». Пытаюсь пнуть эту игрушку подальше, чтобы враг не оклемался и не схватился вновь за пушку, и получаю еще один, куда более точный «хай-кик», теперь в голову.

Не удержавшись, падаю на пол. И тут же перекатываюсь, потому что следующий удар берца обрушивается на то место, где мгновение назад была моя башка. Чуть промедлил бы, и все, проломленный череп гарантирован.

Устраивать тут честную дуэль я не собираюсь, поэтому на Шеина падает серверная стойка, стоявшая сбоку от меня. Эта дура весит килограмм двести, и если бы она рухнула ему на башку — бой был бы окончен.

Но вместо головы стойка падает ему на ноги, намертво прижимая урода к полу. Я вижу, как его рука тянется к автомату, который лежит с ним рядом — ну не удалось мне эффектно пнуть его в угол серверной.

Однако дотянуться до рукоятки ему не судьба — не хватает пару сантиметров. Шеин пыжится, скребет пол ногтями, срывая их, и застывает, когда в его лоб утыкается ствол карабина, а обычно спокойный голос Вовы, сменившийся на рычание, выдает:

— Лежать, гадёныш! Рыпаешься — стреляю без предупреждения!

Глава 25

Новые начинания

Пока Филлимонов колдует в своей лаборатории, я, перемотанный и с рукой на перевязи, сижу рядом с Вовой. С момента эпичной драки с Шеиным прошло уже несколько часов. Фил успел сделать первую порцию вакцины, вколоть ее Прянику, и теперь делал вторую.

Бой закончен, бойцов Шеина мы перебили, но и с нашей стороны есть потери.

Причем даже непонятно, сколько. Переживет ли Пряник укус благодаря вакцине? Выкарабкается ли Макс, получивший тяжелое ранение?

Я с ненавистью поглядел на Шеина, которого мы скрутили так, что он пошевелиться не может, а затем повернулся к Вове.

— Вов, слушай, я одного не могу понять, зачем ты оставил его в живых? Это ж редкостная тварь, он может сбежать и начать мстить.

— Не без этого, — кивнул Вова, — но, во-первых, сначала его нужно допросить. Есть к нему очень много вопросов…

— Ладно. Но ведь есть и во-вторых?

— Да, есть. Макс. Если я пристрелю Шеина, этот парень так никогда и не успокоится. А Анька говорит, что у него есть все шансы выжить. Так что пусть он свершит сам свою месть, лады?

— Лады, лады. Только нам сначала надо отсюда выбраться…

Филимонов вышел наружу из лабораторного бокса со склянкой, заполненной мутно-белесой жижей.

— Вот этого точно должно хватить на любого мутанта. Просто введите ему под кожу, и через несколько минут он разложится на части.

— Ты уверен? — голос Вовы полон скепсиса. — Под кожу и все? Всего-то?

— Абсолютно уверен, — не заметив издевки, ответил Филимонов, — вы что, мне не верите? Вон, вашему другу Прянику уже стало намного лучше. Значит, мой препарат работает.

— Ну раз так, — хмыкнул Вова, — почему бы тогда сейчас не сделать пару сотен доз?

Филлимонов улыбается с извиняющимся выражением лица.

— Нет, боюсь что сделать мы может максимум еще две.

— Как две?

— Да вот так, две. Лабораторию никто не консервировал. Большая часть препаратов испорчена. Так что вот так вот.

— Так… — нахмурился Вова, — и что нам нужно для того, чтобы сделать еще вакцины и эти штуки против мутантов?

— Реагенты, определенные вещества и…

— Где их взять? Есть места? Знаешь такие?

Филлимонов хитро смотрит на нас.

— Предположим. Но тут моментик. А что мне-то с того будет? Кроме морального удовлетворения?

— Э-э-э…

— Давайте к процессу торгов перейдем позже.