– Цинизм не к лицу молодой женщине, дорогая. Только крутые старушенции вроде меня могут себе такое позволить.

– А что могу позволить себе я? – спросила Джесси.

– Безопасный секс, если повезет. И если ты перестанешь быть такой ужасно разборчивой. Твоя мать уже за тебя беспокоится, она говорит, что растила тебя не для монастыря.

Джесси почувствовала, как краска заливает ее лицо при воспоминании о прошлом вечере и диване в офисе миссис Валентайн.

– Ради Бога, Конни.

– Ну, ладно, ладно. – Констанс одарила ее теплым и одобрительным взглядом. – Поздравляю. За этот румянец тоже надо благодарить Хэтча?

Джесси постаралась справиться со своим смущением.

– Повторяю, Конни, у каждого милого жеста Хэтча есть своя цена.

– Послушай совета крутой старушенции. Уплати ее, эту цену. Кстати, о ценах и сделках. Хотя и не вовремя – тебе удалось поговорить с Винсентом о небольшой ссуде для нашей компании?

Джесси подавила стон.

– Нет, еще нет. Я последнее время порядком занята, Конни. Я поговорю с ним при первом удобном случае.

– Спасибо. – Конни улыбнулась. – Мы бы с Лилиан сами обратились к нему, но такого рода разговоры обычно кончаются криком, причем орем мы все трое. Ты же знаешь отца, как он прижимист. Он ни за что не даст просто так. Он хочет контролировать людей с помощью денег. Ты единственная, кто способен убедить его быть разумным.

– Только потому, что я ору дольше тебя и Лилиан, – мрачно заметила Джесси.

Фоторепортеры крутились вокруг Элизабет, а она изо всех сил старалась объяснить, что такое химический анализ токсичных отходов, репортеру, желавшему, чтобы суть дела была изложена за тридцать секунд. Джесси подбежала к сестре сразу же, как только репортер отошел, и крепко обняла ее.

– Я знала, ты своего добьешься, малышка. Ты – прелесть. Верно, пап?

– Ты здорово поработала, Элизабет. – Винсент посмотрел на свою младшую дочь с настоящей отцовской гордостью. – Но не могу сказать, чтобы я удивился. Ты ведь умненькая девочка, правильно? Уверен, у тебя это наше, семейное.

Элизабет зарумянилась и улыбнулась еще шире.

– Я знала, что ты сюда сегодня приедешь, папа. Мама предупреждала, что в последнюю минуту тебя, возможно, что-нибудь задержит, но я знала, что ты все равно будешь здесь.

Констанс прижала дочь к себе, потом встала и, приподнявшись на цыпочки, быстро поцеловала бывшего мужа в щеку.

– Спасибо, что приехал, Вине, – пробормотала она.

Винсент встретил взгляд Джесси.

– Ни за что бы такое не пропустил, – от души сказал он. Джесси холодно ему улыбнулась и снова принялась поздравлять сестру.

Через пятнадцать минут после церемонии награждения Элизабет побежала слушать доклад подружки, а Констанс отправилась поболтать со знакомыми. Винсент подошел к Джесси, наблюдающей за передвижениями маленького робота по столу.

– Все еще сердишься? – спросил он, тоже рассматривая робота.

– Давай не будем об этом сегодня, ладно? Ты здесь. Это итог, как вы любите говорить в вашем деловом мире.

Винсент тяжело вздохнул.

– Ты прости меня, Джесси. Я хотел быть здесь. Честно собирался. Но возникли эти проблемы в Портленде.

– Я знаю, папа, хватит. Как я уже сказала, ты здесь.

– Только потому, что ты напустила на меня Хэтча.

– Я его на тебя не напускала. Это его идея – договориться с тобой.

– И ты получила, что хотела. Я понимаю, почему ты на меня сердишься, но я что-то не слышу в твоем голосе восторга по поводу Хэтча.