– Если ты неважно себя чувствуешь, нам лучше вернуться в гостиницу. – Он поспешно встал.

– Я отлично себя чувствую, не беспокойся. – Она сморщила нос, но промолчала, когда он повел ее к двери. Она-то вообразила, что он думает о ее расследовании или о ней самой, а он все время беспокоился о компании.

Еще через минуту они вышли под моросящий дождь и молча двинулись к маленькой гостинице на набережной, где остановились. Хэтч раскрыл над ними черный зонт, и Джесси старалась идти поближе к нему.

На главной улице маленького островного поселка практически никого не было. На перекрестке стоял одинокий фонарь. Оттуда дорога вела в гавань. Никакого другого освещения не имелось. Джесси взяла Хэтчарда под руку, радуясь его силе и надежности в этой дождливой темноте. Она подумала об ожидающей их в гостинице постели. Возможно, настоящего будущего у них нет, но любовный роман все же в разгаре.

– Хэтч?

– Что?

– Не возражаешь, если я задам тебе довольно личный вопрос?

– Зависит от вопроса. Джесси глубоко вздохнула:

– Я похожа на нее?

– На кого?

– На твою жену?

Мускулы руки под ее пальцами напряглись.

– Дьявол, нет!

– Ты уверен?

– Разумеется, я уверен. Надо же такое спросить! С чего это ты? Кстати, кто сказал тебе, что я был женат? Отец?

– Нет. Прости меня, Хэтч. Мне не стоило спрашивать.

– Ну, если уж ты начала, то давай заканчивай. Джесси глядела на мокрый тротуар.

– Я тут с мамой разговаривала. Она упомянула, что ты был женат и что твоя жена умерла. Она считает, что мужчины всегда ищут во второй жене то же самое, что искали в первой. Вот и мама с Конни очень похожи. Мама сказала, что мужчины – рабы привычек. Особенно в том, что касается женщин. Их привлекает один и тот же тип.

– Мне кажется, достаточно, Джесси.

Она резко умолкла, чувствуя, что начинает нести что-то не то.

– Извини.

– У тебя нет с ней ничего общего.

– Да? – Джесси испытала огромное облегчение.

– Она была блондинкой с голубыми глазами.

– Понятно. Наверное, хорошенькая? Хэтч поколебался.

– Да. Но иначе, чем ты. – Немного помолчал. – И выше тебя. – Хэтч пожал плечами. – Вот и все, – проворчал он. – Что еще желаешь узнать?

– Ничего.

– Прекрасно. – В голосе чувствовалось облегчение.

– Какая она была?

– Что, черт возьми, ты имеешь в виду?

– Милая?

– Брось, Джесси.

– Ты ее очень любил? – Она понимала, что ей следует умолкнуть, пусть за ней будет последнее слово, но по какой-то странной причине не могла заставить себя остановиться. Вопросы всплывали сами по себе и требовали ответа.

Хэтчард остановился и повернул Джесси к себе. В неясном свете из окон близлежащего дома лицо Хэтча показалось ей суровее и отчужденнее, чем обычно. Джесси пожалела, что вовремя не остановила себя.

– Джесси…

– Прости меня, Хэтч, – прошептала она. – Давай забудем об этом, не мое дело. Я понимаю.

Он медленно покачал головой.

– Я слишком хорошо тебя знаю, Джесси. Ты не сможешь выкинуть из головы, раз уж начала об этом думать, и у тебя возникнет еще куча вопросов.

Она закрыла глаза, понимая, что он прав.

– Я не скажу о ней больше ни слова. Обещаю.

– Ну да. Я могу этому поверить так же, как тому, что у тебя есть мост на продажу.