– Я вовсе не снисходителен, я осторожен. Кто-то из нас должен проявить здравый смысл, а поскольку на тебя надежды мало, придется мне.

– Если ты так будешь относиться, я отстраняю тебя от дела.

Он поднял глаза к потолку.

– Дела? Какого еще дела? Никакое это не дело, а очередная попытка довести твою миссис Валентайн до дурдома. Я искренне ей сочувствую и точно знаю, что она ощутит, когда обо всем узнает.

– В самом деле?

– Именно, черт побери. Она сообразит, что взяла себе на борт хвастунишку, как это быстро поняли твои другие работодатели. Кстати говоря, это доказывает, что она и сама шарлатанствует. Будь у нее настоящие способности экстрасенса, она бы вообще никогда не наняла тебя на работу.

– Значит, хвастунишка?

Хэтчард понял, что зашел слишком далеко. Она была в ярости.

– Черт, Джесси, я зря это сказал. Прости. Слушай, я лишь хотел, чтобы ты поняла.

Громкий стук в стену, смежную с соседним номером, заставил Хэтча замолчать.

– Если вы немедленно не заткнетесь к такой-то матери, я позвоню дежурному, черт возьми! – Лысый толстяк был возмущен.

Джесси удовлетворенно взглянула на Хэтча:

– И то верно, Хэтч. Чего бы тебе не заткнуться? Ты беспокоишь соседей. Так нас с тобой отсюда вышвырнут.

– Поверить невозможно. – Он провел рукой по волосам, пораженный тем, что полностью потерял контроль над собой. Затем вскочил на ноги и принялся вышагивать по комнате. – Чтобы я в час ночи сидел в гостиничном номере и препирался с женщиной, уверенной, что она одновременно экстрасенс и частный детектив. Нет, мне точно надо к психиатру.

– Я уверена, тетя Гленна с удовольствием тебя примет и даст тебе скидку, как члену семьи.

Он круто повернулся и произнес очень тихо:

– Не желаю слышать больше ни слова об этом проклятом деле до утра. Ясно?

Подбородок Джесси вздернулся, и глаза сверкнули в предвкушении следующего раунда схватки.

– Джесси, клянусь, если ты меня сегодня еще чем-нибудь расстроишь, я не стану обращать внимания на соседей.

– Это угроза?

– Обещание. Закрой рот и ложись в постель.

– Или что? – Она выжидающе смотрела на него.

– Господи, девушка, ты никак не можешь остановиться? Или я уложу тебя в постель насильно. И плевать мне, ори сколько хочешь, хоть всех здесь перебуди. Этот идиот-сосед наверняка позвонит дежурному. И я дам тебе возможность объясняться, когда они нас отсюда начнут вышвыривать.

Она покраснела.

– Это нечестно, Хэтч.

– Очень даже честно, Джесси. Отправляйся в постель.

Она молча улеглась.

Хэтчард снял брюки и лег рядом, не дотрагиваясь до нее. Он чувствовал, как она напряжена, и решил, что скорее всего она разглядывает потолок, как и он сам. Минуты тянулись одна за другой.

– Хэтч?

– Что?

– Все равно ничего бы не вышло. – Голос был скорее печальным, чем раздраженным.

– Из твоей детективной деятельности? Я сразу мог это сказать.

– Нет. Я о нас. О тебе и обо мне. О наших отношениях. Ничего бы все равно не вышло. Ты ведь теперь сам видишь, правда? Мы все время будем ссориться.

– Все получится, – пробормотал он, разозленный и расстроенный ее упрямым стремлением снова втянуть его в обсуждение их отношений. В заведенном состоянии он вполне способен наговорить кучу вещей, которые только подольют масла в огонь. Но он уже вполне овладел собой.

– Но, Хэтч…

– Спи, Джесси.

Она печально вздохнула, повернулась к нему спиной, сжавшись в жалобный маленький комочек.