— А дальше?

Алек взглянул на Цветкова и насмешливо добавил:

— А дальше каждый получает свою порцию дубинки.

— И все?

— А что же еще?

— Наши дружинники потом идут в семьи хулиганов, на завод или в школу. Мы очень тревожимся за молодежь.

В разговор вмешался Крагер.

— В нашей стране преступность не падает. Растет. Мы не скрываем это. Мы пытаемся объяснить. Падение нравов. Свистопляска вокруг атомной бомбы. Она рождает отчаяние в душе молодежи. «Скоро все равно погибнет мир, — рассуждает она. — Все полетит к чертям! Надо спешить насладиться жизнью». Люди звереют в предчувствии конца, — он посмотрел на Игоря. — А у вас что думает молодежь?

— Мы не верим в конец, — ответил Игорь. — Мы верим в мир.

Крагер вздохнул:

— У нас нет такой веры. Может быть, потому, что у нас лучше поставлена информация.

— Информация — инструмент политики, — живо возразил Игорь. — Она, по-моему, не может быть лучше или хуже.

— О, о! Господин Пятнов, ваши офицеры криминальной полиции недурные политики, честное слово.

— И агитаторы, — сдержанно добавил Алек.

Госпожа Крагер за все это время не проронила ни слова. Она сидела очень прямо, ослепительно улыбаясь и рассеянно следя за разговором мужчин, и только глаза за очками выдавали ее настороженность.

— Хорошо, хорошо, — сказал, наконец, Крагер. — Оставим, наконец, всю эту политику и социологию. Мы к вашим услугам, господин майор. Признаюсь, мы сгораем от любопытства.

При этих словах Пятнов еле подавил облегченный вздох.

— Дело в том, — произнес Цветков, — что неделю назад вы были в музее Достоевского.

— Да. Там совершено убийство?

— Нет, что вы!

— Ограбление? Ведь там рукописи…

— Да нет же! — Цветков улыбнулся. — Скажите, вы видели, именно вы, — обратился он к Крагеру, — на письменном столе под стеклянным колпаком портсигар писателя, кожаный такой?

— Да, да… — задумчиво ответил Крагер и уверенно добавил: — Да, вспомнил. Видел, конечно.

— А вы? — обратился Цветков к Алеку.

— Видел, — буркнул тот.

Цветков повернулся к госпоже Крагер.

— Простите, а вы?

— Я?.. Я… не видела, — растерянно ответила та.

Крагер обеспокоенно посмотрел на жену.

— Ева, не может быть! Вспомни.

— Но… я не видела. Я помню ручку, очки… — она медленно перечислила еще несколько вещей. — А портсигар…

Игорь, не выдержав, спросил:

— Вы все время шли по музею вместе?

— Да, конечно, — ответил Крагер.

— Вот вы вошли в первую комнату, — продолжал Игорь. — Там все издания Достоевского. На круглом столе под стеклом книги о нем, о его творчестве. У окна превосходная скульптура из дерева работы Коненкова. На стенах материалы о детстве писателя. Помните?

— Да, да, — кивнул головой Крагер.

— Потом, во второй комнате — она разделена невысокой синей перегородкой…

Игорь говорил медленно, давая возможность Крагеру вспомнить свой путь по музею.

Все внимательно слушали.

— …В самой большой комнате, угловой, в глубине у окна, стоит рабочий стол писателя.

— Да, да, — снова подтвердил Крагер.