Подумав немного, он накидал со стороны потока еще больше различных камней. Вода все еще просачивалась через щели, но уже позволяла работать. Эрион решил действовать по-другому. Для начала обложил плотину с «сухой» стороны камнями разного размера. Затем сделал обмазку, замешав мелкие ветки, траву и глину. После этого лопатой накидал все это на камни.

Закончив, Эрион опустил грязные руки с лопатой и со скепсисом поглядел на дело рук своих. Выглядело вполне нормально, да и вода перестала течь, растекаясь по округе.

Он не знал, выдержит ли такая конструкция, поэтому подпер все это еще тремя громадными валунами, должными удерживать дамбу на месте.

На самом деле плотина получилась даже слишком надежной для такого небольшого ручья, но Эрион никогда ничего подобного не делал, поэтому ему все время казалось, что воде не потребуется много времени, чтобы пробить слой из камней, бревен, ветвей, травы и глины.

Побродив вокруг плотины еще пару часов, для того чтобы убедиться в прочности конструкции, Харт смысл с себя пот и грязь все в том же ручье и отправился обратно в лагерь. Солнце уже начало клониться к горизонту. Оказалось, что он провел за работой весь день.

Отдыхать он не стал. Надеясь, что противники еще не готовили ужин, Эрион захватил яд, оказавшийся у него совершенно не случайно, и направился к ручью. Покупая когда-то давно у одного алхимика этот яд, Харт даже не думал, что когда-нибудь ему выдастся случай применить его. Приобретая его, он особо не думал, зачем ему такая специфическая вещь, просто краем сознания подметил, что вполне может однажды пригодиться.

Тщательно скрываясь, Эрион обыскал берег со стороны лагеря. Отыскав едва заметную тропинку, он поднялся вверх по течению и задумался. Прямо сейчас сыпать яд в ручей нет никакого смысла. Течение просто унесет его дальше, оставив в месте, где иофатцы берут воду, чистой. Сыпать яд нужно было в то время, когда они начнут набирать воду. Но как это сделать? Он ведь не может просто подойти к ручью, высыпать яд на глазах врагов и сделать вид, что его там нет.

Оглядевшись, Эрион заметил растущее близко к воде дерево. Листва его была довольно густой, так что он вполне мог в ней спрятаться. Забравшись на дерево, Харт улегся на ветке, а потом глянул вниз. Ветка находилась прямо над ручьем. Убедившись, что с земли его вряд ли кто-то заметит, если он не будет шевелиться, Харт замер, дожидаясь воинов чужой страны.

Спустя какое-то время послышались тихие голоса. Ощущение присутствия и так было снижено, но Эрион подавил его еще сильнее. Никто не должен его заметить.

Сейчас, глядя на врагов так близко, Харт видел, что они не так спокойны, как хотят показать. Каждый из них то и дело оглядывался по сторонам. Сейчас они не натягивали улыбки, как делали это в лагере. Серьезные, собранные, суровые воины вели себя так, словно готовы были в любой момент кинуться в бой. На мгновение ему стало жаль убивать их вот так, почти бесчестно, тайком, с помощью яда, но он отбросил эту мысль.

За несколько секунд до того, как противники начали набирать воду, Эрион открыл пузырек и высыпал в ручей мелкие белые гранулы. Яд, попав в воду, сразу растворился, ничем не выдавая своего присутствия.

Миссия была выполнена. Оставалось дождаться, пока люди уйдут, а потом тихо и незаметно убраться с территории противника. Проводив глазами уходящих воинов, уносящих с собой свою будущую смерть, Эрион ужом соскользнул с дерева, а после благополучно добрался до своего лагеря.

Он не переживал о том, что благодаря его стараниям сегодня ночью, возможно, погибнет более пяти сотен человек. Это война, и каждый из них, нанимаясь в армию Иофата, должен был быть готов к смерти. К тому же если бы он этого не сделал, то вскоре погибли бы его соотечественники. Кто-то из них, конечно, все равно погибнет, но Харт надеялся, что своим поступком смог уменьшить вероятные потери.