|
В дальнем конце зала имелся проем, но дверей не было — просто прямоугольный выход. Туда мы и двинули, потому что других вариантов нам не предлагалось. Я не стал спрашивать, есть ли эти помещения на плане и что ждёт впереди. Проще пройти и увидеть собственными глазами. Меня слегка обнадеживал тот факт, что бюреры сюда не забредали, но с другой стороны, получается, и выхода впереди не предвидится? Странно как-то все это выглядит. Но бюреров здесь не было — это точно. Они бы все испакостили, шкафы бы разворотили и черепа растащили в эстетических целях. За комнатой со шкафами был короткий коридор, в конце — снова дверь с цифровым замком. Я попробовал прежний код: «8215549» — тишина. — От жеж зараза… — Ладно. — Я полез в карман, поковырялся среди разнообразных «артэфактов» и выудил другую бирку, из владений контролёра. — Вы полагаете, подойдет? — для порядка осведомился Вандемейер. Я пожал плечами. Что ответить? Ничего лучшего у нас не имелось — в который раз! И Дитрих мог бы не спрашивать, просто молчание становилось тягостным, поэтому мы то и дело отыскивали повод что-то сказать. — Итак, разыгрывается лот номер два, — объявил я. — Или не лот… В общем, у нас имеется номер: «780146…» Нам нужна последняя цифра. Какие будут предложения? Делайте ваши ставки, господа! — Не надо, Слепой, — попросил Дитрих, — просто набирайте подряд — от нуля до девятки. — Не тягны, робы що кажуть, — поддакнул Костик. — Опять все против меня, — устало констатировал я. И приступил. «Ноль» — мимо… «Единица» — мимо… С каждой неудачной попыткой я волновался все сильней. В голове уже роились предположения, как поступить дальше, если замок не сработает после десяти попыток. Можно возвращаться к мёртвому бюреру и повторить этажом ниже, можно даже попытаться выйти к главной галерее… Но моя капризная богиня не подвела и в этот раз. Правда, напоследок кокетка напомнила о себе, потому что сработал замок только на самой последней попытке, когда я набрал цифру «девять»: «7801469» — это удача подмигнула, чтобы не забывал чтить сорокаградусными жертвами, наверное. Не забуду, о величайшая. Но, как бы там ни было, на десятой попытке раздалось знакомое клацанье, металлический стук и наконец скрежет. Душераздирающий стон, который издала отворившаяся дверь, показался мне чудеснейшей музыкой в мире. Хотя я не знал, что ждёт по ту сторону, но после того, как сработал случайно найденный код, сразу захотелось верить: теперь все будет хорошо! Ведь что такое судьба? Костик мог бы не подобрать сломанный брелок, я мог бы бросить его в «Электру» или «холодец», да и контролёр мог бы вышвырнуть несъедобную цацку куда угодно… Так нет — чудо произошло! Это ведь чудо… Я осторожно глянул в распахнувшийся проем. Вандемейер стоял сзади, и свет его фонарика лился над моим плечом. В этом рассеянном сиянии я видел все те же бетонные стены, гладкий пол… довольно длинный коридор, фонаря Дитриха не хватало, чтобы осветить всю кишку до конца, но я видел вдалеке светлое пятно, там поворот, и за углом имеется освещение. Далеко, определить природу света я не мог, но свет был, это точно! — Вандемейер, — прошептал я, — вы видите? — Да, — так же тихо ответил рыжий. |
