— Ладно, давай съездим до моего прежнего места жительства, я вещи заберу и на завтра договорюсь приехать, когда телевизор привезут.

— Поехали, — согласился приятель, я уселся в машину, Саша открыл ворота и выгнал машину, потом закрыл и ворота, и калитку и мы тронулись с места.

Такой распорядок принят при посещении гостей, которым ни к чему лишняя огласка, где они провели ночь, если не в гостинице, и кто приезжал к ним, с такими длинными ногами.

По дороге, проезжая мимо фотоателье, Саша остановился, хлопнув себя по лбу, мы зашли в него, сделали у его знакомого фотографа пару снимков, на паспорт и большую фотография девять на двенадцать сантиметров, в тройном размере. Это, как объяснил Саша мне потом, тем жуликам, которые будут подходящий типаж высматривать, чтобы паспорт украсть, если получится, конечно. Вообще, все дела с паспортом он взял на себя, общение с криминальными деятелями, поиск невесты, регистрацию брака и только паспортным столом займутся уже более серьезные деятели, кто-то из торговой мафии, как я понял.

То есть, деньги ворам, невесте и в сельский совет будет передавать он сам.

Ну и хорошо, я даже порадовался, что вопрос с документами начинает двигаться понемногу и когда-то дело дойдет до того, что я смогу ходить по улицам без особой опаски. Во всяком случае, я очень на это надеюсь, как и на то, что мои компаньоны сдержат слово.

Софико встретила меня немного отчужденно, зато внуки искренне обрадовались, и я пообещал им заезжать, иногда, когда буду приезжать в город.

— Да, завтра я еще раз приеду, с сюрпризом, — порадовал я детей и, посмотрев на суровое лицо Софико, вздохнул про себя. Естественно, жить, не соблюдая условия конспирации и изоляции, я пока не могу, да и потом, получив паспорт, все равно должен буду работать инкогнито, насколько это можно.

Но, как оказалось, совсем инкогнито у нас не получилось, в этом мне пришлось убедиться через пару недель. Подъехав как-то к дому, пока Саша открывал ворота, я почувствовал, через приоткрытое заднее окно конкретное такое внимание на машину и меня лично.

Я теперь стал ездить сзади в Сашиной шестерке, в которой и окна были немного тонированы и занавески на них имелись, тоже самое и с задним окном. Разглядеть меня, очень смутно, можно было только через лобовое стекло и окна передних дверей. Похоже, что машина так специально подготовлена, чтобы возить нужных людей незаметно в гнездо разврата, впрочем, все сделано по местной моде.

Внимание исходило из Волги черного цвета, припаркованной немного дальше по дороге с нашей стороны. Только я успел подумать про наружку КГБ или ГРУ, как эта машина проехала разделяющие нас двадцать метров и прижалась вплотную к дверям с правой стороны, заблокировав их.

— Ну, все, это группа захвата, — успел подумать я и еще не сообразил, что делать, как и Саша, открывший створку ворот и застывший столбом.

— Придется и мне послужить Советскому Союзу настоящим образом, — еще и такая мысль пронеслась в моей голове, как открылась водительская дверь Волги и из-за руля выскочила женщина. Я не успел ее рассмотреть толком, как она обежала вокруг багажника и рванула дверку с левой стороны. Только она, естественно, закрытая оказалась, я сажусь с другой стороны, справа и ничего женщина не смогла добиться своим броском.

— Э, девушка, вы что творите? — немного пришел в себя Саша, но тон его был уважительно-вопросительный, без агрессии.

— Фу, пронесло, — успел подумать я, — Сегодня не спецназ за мной прислали.

Как напавшая на наш мирный автомобиль женщина сообразила, что водительская дверь открыта, рванула ее и заскочив мгновенно на сидение, повернулась грудью ко мне. Ну, и лицом тоже, хотя грудь, высокая и подчеркнуто большая, заметнее кидалась в глаза.