— Никого, дальше две спальни, где они жируют и кухня направо. Самвел, идешь вперед и открываешь переднюю дверь, — слышу я громкий шепот, — Запускаешь наших и начинаем их вязать, — низкий голос говорящего с большим акцентом мужчины приближается ко мне, он проходит мимо, не светя уже больше никуда, кроме двери, за ручку которой он берется рукой.

— Пора, — понимаю я и вскакиваю, еще с нижнего положения толкая его маной в угол. Куда он и улетает, с грохотом свернув стул и ударившись головой об стенку, фонарик вылетает из его руки, и я успеваю рассмотреть двоих бандитов, замерших один за другим в оцепенении. У среднего в руке нож, у заднего — дубинка, да и выглядит он не серьезно, молодой, худощавый парень, по сравнению с плотным, коренастым мужиком перед ним. В слабом свете тот бросается ко мне, замахиваясь ножом, получает хороший удар маной в лицо и улетает назад, на бросившегося за ним парня. Оба бандита падают, я пока подхватываю фонарик, слава богу, упавший на ковер и не разбившийся, свечу перед собой и заметив голову мужика, без чувств лежащую на полу, добавляю маной по голове парня, который приходит в себя и пытается встать с пола, нащупывая рукой дубинку.

Так, этот вырубился, второй тоже, я возвращаюсь к двери, где лежит главарь, как я понял по разговору и просто включаю свет выключателем на стене. Так мне будет проще вязать и контролировать бандитов.

У главного в руках ничего не было, кроме фонарика, зато, за поясом, нашелся пистолет, который я выталкиваю из-за ремня и запинываю под шкаф с посудой, стоящий в комнате, начиная быстро вязать руки за спиной подготовленными веревками. Школа молодого гильдейца очень помогает в таком деле и через минуту я вяжу второго мужика, который успевает прийти в себя к самому концу, когда я складываю ему ноги и накидываю петлю на щиколотки.

Мужик, начинает было, ругаться, я сразу ловко запихиваю ему в рот большое полотенце, когда же он пытается вытолкнуть его, приставляю вплотную к зрачку свой нож:

— Хочешь стать одноглазым? — одного этого хватает, чтобы мужик перестал сопротивляться и принял положенное, умеет принимать неизбежное, хотя, кто тут откажется?

Пока вязал парня, пришел в себя и главный, несколько раз страшно поугрожал мне самыми ужасными карами, я молча сделал свое дело, связав молодого и приступил к воспитанию старшего банды, так же приставив нож к его глазу и нажав на глазное яблоко.

— Молчим, отвечаем на вопросы, если хочешь видеть свет своими глазами.

— От кого вы пришли?

Мужик сопит и молчит, стараясь не дергать головой.

Тут открывается дверь, и Саша заглядывает в комнату, в одной руке он держит большой нож для разделки мяса и выглядит вполне героически. Он, обалдевши, смотрит на главаря и шепчет мне на ухо:

— Я его знаю.

— Хорошо, больше вопросов нет, — отвечаю я и пихаю и этому пленнику в рот второе полотенце, которое ему приходится так же принять.

Я выхожу из комнаты, закрываю дверь и спрашиваю Сашу, которому, похоже, стало страшно.

— Знаешь его, значит и того, на кого он работает?

— Да, это Бешеный Резо, он работает на…

— Больше не надо, ты теперь понимаешь, кто наехал на нас и можешь рассказать это дяде Тенгизу. Теперь это его проблемы, не нам их решать.

— Что делать будем? Сваливаем? — эта, на редкость, умная мысль пришла в голову Саши первой.

— Конечно, только там еще двое нас ждут, — киваю я на закрытую дверь на улицу.

Хотя, уже нет, расслышав шум за дверью, бандиты не стали долго раздумывать, почему их не запускают в дом, умение показывает мне, что засадники перемещаются к той стороне дома, откуда вошли их подельники и пора начинать вторую серию детектива.