— Был! — неожиданно поддержали меня сразу несколько кровососов. — Все под себя тянул!

— Продохнуть нам не давал.

— Торговал, как рабами! — неожиданно вякнула и Ануш.

— И про вырождение не шучу, — подытожил я. — Слишком сильно ваш бывший лидер расширял территории влияния, не учитывая один простой факт — это Москва. Тут если ты на что-то претендуешь, то сначала поинтересуйся — не пересекаются ли твои интересы с чьими-то еще? Он на такие мелочи не разменивался, потому если бы сегодня его не убили мы, то уже очень скоро вас всех перебили бы или отдельские, или представители старых семей. Ни тем ни другим неразумная экспансия Самвела не по нраву, так что это решенный вопрос. Причем речь идет не о какой-то дальней перспективе, срок шел на недели.

— Еще неизвестно, кто кого! — вякнул кто-то от двери. Похоже, сюда подтянулась вся семья и теперь слушала наш разговор.

— Петрос, тебе, как новому лидеру, обязательно нужно будет провести селекцию. Не дело, когда в семье хватает дураков.

— Новому лидеру, — повторил мои слова бывший помощник Саркисяна. — Хм.

— Это ваш единственный шанс уцелеть самим и сберечь приобретенное. Не все, но часть, — пожал плечами я. — Другого нет. Повторюсь — ты, как положено по вашим законам, бросил своему главе вызов, тот его принял. Произошел поединок — честный, короткий, яростный, победителем из него вышел ты, после чего возглавил семью. Все по правилам, от начала до конца. И поединок этот видел я, не состоящий в родстве ни с вами, ни с любой другой семьей. Не думаю, что у кого-то из московских старейшин вопросы в принципе возникнут, особенно после того, как вы заявите об окончании захватнических войн, проводимых покойным Самвелом и смене курса, но мало ли? Тогда мое свидетельство станет вашей индульгенцией. Да и гончим с Сухаревки, если что, при случае слово за вас замолвлю. Ты же знаешь, я с ними лажу.

— А мы заявим? — чуть насмешливо уточнил Петрос. — О смене курса?

— Выбора нет, — невозмутимо пояснил я, — или за вами придут. Это не шутка, все на самом деле так. Самвел слишком широко шагал, причем не соразмеряя свои желания с имеющимися возможностями. Надеюсь, ты более разумен, чем он.

— Человек прав, — произнес немолодой вурдалак, стоящий чуть в стороне от остальных. — Самвел и вправду от жадности совсем спятил, так что его смерть нам на пользу. Он говорит дело, Петрос-джан.

— Вот, — показал я пальцем на нежданного заступника, похоже, пользовавшегося уважением среди остальных. — А теперь выясним, что мне перепадет за оказанную услугу.

— Жизнь тебе перепадет, наглец! — взвизгнула незнакомая девица. — Недостаточно?

— Не бери на себя много, — холодно посоветовал ей я. — Мы, если надо, отсюда по пеплу уйдем, и все, кроме тебя, это понимают. Петрос, серьезно — чисти ряды. Ну ужас ведь, с кем тебе новую семью придется строить!

— Что ты хочешь? — не обращая внимания на произошедшее, произнес новый лидер вурдалаков.

— Десять раз я могу прийти к тебе, потребовать помощи и получить ее. Бесплатно.

— Десять? — переспросил Петрос и рассмеялся. — Да еще бесплатно? Лучше уж тогда драться будем, Чарушин. Драться! Нам такое зачем, а? Десять раз за тебя голову даром подставлять!

— Ладно, семь.

— Семь тоже много, — возразил пожилой кровопийца. — И еще — помощь бывает разной. Занозу из зада вытащить — помощь, и воевать со всем миром — тоже она. Откуда нам знать, что ты попросишь? Ты очень хитрый, хоть и молодой совсем!

Мне был принципиально важен этот момент — переход к торгу. Он, как и застолье, сближает стороны, после такого драку начинать как-то неловко.