«Я не могу, я по уши погрязла в костях, разбросанных вдоль шоссе».

В трубке замолчали. Она слышала, как Стюарт задыхается, что характерно для астматика, слишком много курящего в течение дня. Когда он заговорил снова, статический шум стал забивать его. Она сильнее прижала телефон к уху, пытаясь расслышать его. Вокруг нее ходили, одетые в форму представители шерифа и задавали вопросы, оценивая ситуацию. Ветер растрепал ее волосы и закрыл ими лицо.

Отведя темно-рыжие пряди в сторону, она громко сказала:

«Стюарт, я не могу уйти». — Она направилась к группе мужчин. Нужно было присоединиться к Гэри Джакобсу, чтобы взять ситуацию под контроль. Но ее ботинки из змеиной кожи намертво приросли к земле, когда до нее, очень четко, донеслись заключительные слова Стюарта:

«Говорю тебе, Эндерсон, на всем этом явно написано — Адамс».

Глава 3

Эрин Маккензи перевернулась на огромной двуспальной кровати, застигнутая между сном и реальностью. Она лежала неподвижно, пока ее мозг пробуждался к жизни. Что-то разбудило ее. На несколько секунд Эрин запаниковала, не понимая, где находится. Подобное пробуждение уже стало закономерным. Она боролась с этими воспоминаниями с тех пор, как родители отослали ее в четырнадцатилетнем возрасте в учреждение для несовершеннолетних.

Но ощущение под своим телом невозможно мягких простыней и запах духов любимой, позволили ей вернуться к действительности. Эрин расслабилась и задышала свободней.

Она была в безопасности. С Лиз.

Мак подняла голову, чтобы посмотреть на прикроватные часы. 7:16 утра. Оставалось еще полчаса до звонка будильника. Она ближе прижалась к своей возлюбленной, лаская рукой ее теплое тело. Они были вместе уже больше года, но она, все еще, не могла привыкнуть к тому, как замечательно чувствовала себя рядом с Лиз. Улыбаясь, она прижалась губами к сильной, нежной спине. Когда Лиз немного пошевелилась, бормоча что-то сквозь сон, Эрин притянула ее ближе к себе и устроила на подушке. Ее мысли вернулись к любовным ласкам, которым они предавались всего несколько часов назад. Каким бы трудным не был их день, но как только они оказывались в кровати, то не могли удержать свои руки вдали друг от друга. Лиз постоянно была занята работой, но она всегда следила за тем, чтобы у них была возможность побыть вдвоем.

Лесбийский ночной клуб, Ля Фамм, был крупнейшим в стране. Женщины отовсюду слетались в Серебряную Долину, чтобы побывать на тематических вечерах, потанцевать среди сотен таких же, как они, лесбиянок. Лиз легко могла жить за счет прибыли от своего клуба, но она была очень предприимчива и вложила капитал в производство фильмов с лесбийской тематикой. Поскольку, в последнее время, стало появляться все больше женщин, интересующихся такими картинами, спрос на них неимоверно возрос. Лесбиянки хотели иметь фильмы о своей любви и образе жизни, а Голливуд просто не успевал удовлетворять их потребности. Так что Лиз взялась за это дело сама.

Студия «Эротика» процветала, и Лиз решила, что геи заслуживают своего направления. Это новое начинание уже приносило свои плоды. Она с профессиональной легкостью управляла ночным клубом и бизнесом по производству фильмов.

Эрин очень гордилась этим и была рада помочь ей любым способом, каким только могла. Подобные фильмы были важны для многих людей, включая ее саму. Она до сих пор помнила первый просмотренный фильм и то впечатление, который он на нее произвел. Это было тогда, когда она еще работала в полиции и готовилась к расследованию, которое, в результате, свело ее с Лиз.

Сюжетная линия так захватила ее, что она не поняла реакции своего тела. Но сейчас это страстное желание было слишком хорошо ей знакомо.

Она пошевелилась и прижалась к Лиз. Счастливая. Защищенная. Любимая. Желанная… Она улыбнулась своим мыслям.

Да, у нее все это было.