«Откуда Вы знаете Джей?»

«Я знаю ее сестру, Элизабет».

«Почему Вы пришли ко мне?»

Патрисия колебалась. Она поклялась помощнику шерифа, что не скажет никому, что он посоветовал ей обратиться к Леме. — «Мне сказал друг, что Вы та, кого стоит повидать».

Лема, казалось, на мгновение, задумалась.

«Кто был отцом Джей?»

Похоже, Патрисия попала в викторину.

«Это тайна».

«Похоже, Вы не знаете ответ», — плюясь слюной, ответила Лема.

«Откуда мне знать, что Вы его знаете?»

Снова внимательный взгляд.

«Если бы Дэйн и Джерри были живы, я бы сейчас не беспокоила Вас», — спокойно произнесла Патрисия. — «Но, Элизабет больна, и мы должны найти Джей. Вы — моя единственная надежда».

Имена, казалось, помогли растопить лед Лемы. — «Лиззи больна? Она все еще там, в Нью-Мексико? Я же говорила, чтобы ребенок не убегал отсюда. Вы можете бежать от демонов, но не сможете убежать от дьявола». — Она уставилась на противоположную стену. — «Джей и Лиззи Адамс…» — сказала она, будто бы про себя, — «…это были самые настоящие девчонки — сорванцы, которых я когда-либо знала».

«Вы, случайно не знаете, где сейчас Джей?» — Патрисия попыталась удержать ее в теме разговора.

«Нет, мэм. Слышала только, что она была где-то поблизости, но сама не видела ее уже много лет».

«Вы можете рассказать мне о ее детстве?»

Лема затихла. — «Это не самая приятная история. Вряд ли Вам захочется узнать ее».

«Почему же, я очень хочу… Я должна знать, чтобы помочь в ее поисках».

Лема сплюнула в банку и Патрисия ощутила запах неприятно — пахнущего табака, смешанного с запахом старого кофе. Каким — то образом, это и щебет птиц в соседней комнате успокоило ее.

«У Джей не было нормального детства. В этой местности нет Законов». — Лема стала грустной. Она сидела и жевала нижнюю губу. — «Бедный ребенок».

«Почему?»

«Раз Вы знаете Лиззи, то должны знать, что произошло».

Патрисия сцепила руки. — «Лиз отказывается говорить. И никто другой не скажет мне. Что случилось с Джей в детстве? Кто-то ее обидел?»

Взгляд Лемы вернулся к ней. — «Они не хотели, чтобы кто-либо узнал. Когда нечто подобное этому происходит, лучше, если люди не будут ничего знать. А в этих местах: ваше слово — это лишь ваше слово».

«Миссис Торп, пожалуйста. Я должна знать. Она и Лиз в беде, и я боюсь, что кто-то пострадает. Лиз больна. Пожалуйста». — Ей с трудом удавалось не сбиться с выдуманной ею истории, но она была так близка к истине, что чувствовала, как нетерпение буквально вибрирует в ее теле.

«Вы же не из полиции, правда?»

«Нет. Конечно, нет».

«Так она не сделала ничего плохого?»

Патрисия снова солгала. — «Нет».

«Поскольку, если она что-то сделала, то винить ее в этом нельзя. После того, что с ней случилось, она просто не контролирует свои поступки».

«Миссис Торп, так что с ней случилось?»

Пока Лема думала что ответить, она задумчиво жевала табак. — «Когда этим девочкам было приблизительно одиннадцать, они натолкнулись в лесу на мужчину. Он поймал Джей. Лиззи убежала, чтобы позвать на помощь.