Судя по ощущениям, температура неуклонно приближалась к тридцати восьми, и, чтобы не расклеиться окончательно, Настена полезла в аптечку. Громко выражая своё неудовольствие задержкой долгожданного ужина, Катерина заливалась на все лады и, выводя незамысловатые рулады, требовала срочно исправить ситуацию.

— Сейчас, сейчас!

Чувствуя, как внутри невольно поднимается волна раздражения против этого орущего существа, не желающего считаться ни с чем, кроме своих желаний, Настя достала таблетку аспирина и налила в чашку кипячёной воды.

— Настёна, а вот и я! — из-за крика дочери Настя не услышала, как в квартиру вошёл Леонид. — А чего Катька так надрывается? — скинув ботинки, он заглянул на кухню — Ты её что, ещё не кормила?

— Ещё нет, — Настя запила таблетку водой и, взяв бутылочку, направилась в детскую.

— А чего ты возишься? Я думал, приду, она уже спать будет, — недовольно проговорил Тополь.

— Закрутилась!

Настя нагнулась над детской кроваткой и почувствовала, как задрожали колени. Первым порывом было попросить мужа помочь, но, услышав шум воды в ванной, она передумала и, собравшись с силами, достала ребёнка из кроватки.

Все пятнадцать минут, что продолжалось кормление, Леонид возился в ванной, приводя себя в порядок после рабочего дня. Торопиться нет смысла. Занятая ребёнком Настя всё равно не смогла бы уделить ему должного внимания, а возиться с ужином самостоятельно Тополю не хотелось. Какой резон греметь крышками самому, если через четверть часа всё это за него проделает жена?

— Настя, ты освободилась?! — крикнул Леонид из душа, прислушался, но никакого ответа не услышал.

Странно, обычно больше десяти-пятнадцати минут кормление не продолжалось. Вытребовав свою порцию «Агуши», Катька успокаивалась и отключалась тут же, у матери на руках, иногда даже не удосуживаясь выплюнуть изо рта соску. Уложив дочь в кроватку, Настя гасила ночник и выходила из комнаты, готовая находиться полностью в его распоряжении.

Недовольно нахмурившись, Тополь пожал плечами, выключил воду и начал вытираться. Чёрт знает что такое! Время к девяти, он пришёл с работы уставший дальше некуда, а Настя тянет с ужином, будто не понимая, что муж нуждается в её заботе не меньше, чем это маленькое кричащее существо в детской кроватке.

— Настя! — повесив полотенце, Тополь надел тяжёлый махровый халат и открыл дверь ванной. — Ты что, не слышишь, я тебя зову? Где ты есть-то?

Заглянув в кухню и заметив пустые конфорки, Леонид громко выдохнул, и в его голове пронеслась нехорошая мысль, что Настя опять выходит из-под контроля. И что за морока с этой девчонкой! Чуть перегнёшь палку — тут же истерика, а ослабишь хватку — её начинает заносить так, что вставить её обратно в рамки весьма затруднительно.

— Насть, ну чего, мы так и будем в прятки играть? — случайно взглянув в детскую, Леонид заметил жену, свернувшуюся калачиком на диване. — Насть, что за шутки? Вставай, — шепнул Леонид, дёргая Настю за рукав халата, и та, очень чутко спящая после рождения дочери, тут же подняла голову. — Ну, ты даёшь, я тебя жду, жду, а ты спать улеглась! Ты чего, за день не выспалась?

С трудом спустив ноги с дивана, Настя разлепила горящие веки.

— Лёнь, можно я чуть-чуть посплю, я что-то нехорошо себя чувствую…

— А как же ужин?! — изумился Тополь, и его брови подскочили. — Знаешь что, не выдумывай!

Взяв жену за руку, он потянул её к дверям, и Настя, пытаясь на ходу попасть в тапочки, не в силах сопротивляться, молча последовала за ним.