|
Но он вывел нас на еще одного педофила, которого необходимо допросить. Может быть, нам удастся выяснить, сколько еще нелюдей замешано в этом и, что более важно, кто они. Педофилы — тихушники, Кейт. Это люди, живущие тише воды, ниже травы. Одна мысль о том, что кто-нибудь узнает об их склонностях, повергает их в ужас. Они знают, как нормальные люди относятся к ним, какое омерзение к ним испытывают. Они знают: разоблачение принесет им ненависть, отвращение или даже смерть. Поэтому у нас существуют так называемые КУЗы — камеры для уязвимых заключенных. К сожалению, сами преступники не думают о том, насколько уязвимы их жертвы. Поэтому я не могу сказать, что мне жаль этого Кевина. Да, убийство всегда ужасно. Но это убийство не трогает меня, поскольку я знаю: одной гадиной на земле стало меньше. Я видела трупы детей — детей, которых похитили, мучили и убили такие, как Кевин. Я перестала испытывать всякое сострадание к подобным типам еще много лет назад. Скажу тебе больше: если бы за это не сажали, я давила бы их собственными руками.
Дженни подмигнула Кейт: — Все это, конечно, не для протокола.
Дэйв Карлинг выглядел очень плохо: дышалось ему с трудом, из груди вырывались хрипы. Голдинг и молодой полицейский стояли возле его кровати. Даже они понимали, что человек умирает. Врач посмотрел на Дэвида Голдинга и взглядом пригласил его выйти из палаты. В шумном коридоре он объяснил ему положение дел: — Сегодня днем у мистера Карлинга случился обширный инфаркт. Сейчас он в коме, и шансов на выздоровление практически нет. Ночью началось заражение раны. Также выяснилось, что у него имелись проблемы с сердцем, и весьма давно. Собственно, это неудивительно, так как мистер Карлинг сильно злоупотреблял спиртным и сигаретами. Внешний осмотр показал, что он далеко не в лучшей форме. — Врач пожал плечами. — Если бы даже его и не ранили, он сам умер бы через месяц-другой. Свалился бы замертво — возможно, за каким-нибудь обильным завтраком. Голдинг поразился цинизму собеседника. Врач, словно угадав, о чем он думает, пояснил: — Я думаю, что жизнь — самое ценное достояние человека. Когда это достояние проматывается впустую, я просто выхожу из себя. — На допрос не рассчитывать? — спросил Голдинг. Врач устало покачал головой: — Нет. Ни малейшего шанса. С этого момента только забота, ласка и внимание. Свое он уже отговорил. Голдинг попрощался. Дэйв Карлинг тихо умер в больнице, где его единственным посетителем был молодой полицейский, который даже не заметил смерти подопечного, увлекшись разгадыванием кроссворда. О том, что Карлинг умер, констебль узнал лишь тогда, когда пришла медсестра и отключила мониторы. Кейт приняла эту новость спокойно. В глубине души она даже порадовалась, что еще один педофил отправился к праотцам. Эту смерть, похоже, никто не собирался оплакивать. По крайней мере, она-то уж точно.
Глава 9
— Привет, Кейт. Низкий, приятный голос Патрика накрыл ее, словно волна. Как только она вновь оказалась рядом с ним в его машине, она вдруг осознала, что ее по-прежнему неудержимо влечет к нему. Она снова ощутила его особый, ни с чем не сравнимый запах, который когда-то заставил ее почувствовать себя защищенной, уверенной в завтрашнем дне. Ей пришлось собрать всю свою волю, чтобы не броситься ему на шею. — Ты сделала это? Она кивнула: — Я соврала. Разве ты не этого хотел? В маленьком салоне автомобиля Патрик казался ей огромным — куда больше, чем в ее воспоминаниях. — Ты был той ночью в клубе? Томми Броутон говорит, что видел тебя там. — Томми врет. Меня и близко там не было. Кейт слышала в его голосе страх. |
