Сидящий сбоку от Пайка Дэвис Террадок потёр пальцами глаза и посмотрел на учёного.

— Профессор Отис, если, как вы выразились, вы не способны дать нам «точных ответов», тогда какого дьявола вы грузите нам мозги этим бре... этой информацией.

— Я это делаю, потому что похоже некоторые из здесь присутствующих не способны понять одну простую вещь, — зло огрызнулся в ответ учёный, — совсем недавно на ваших глазах произошло то, чего произойти не могло в принципе. Перед вами приоткрылась дверь, ведущая к новой ступеньке в научном развитие человечества... Нет. Нет, чёрт возьми! Это не ступенька. Это грёбаный лифт, который доставит вас на вершину нового Олимпа человеческой науки!

— Так! Спокойно! Дэвис, успокойся. Вы тоже профессор. Почему вы так уверены в том, что это был именно ваш... ваш конденсат?

— Всё сходится, — пожал плечами Отис, — тем более, что у нас есть, по сути, почти лабораторное исследование. Рапорт сержанта о происшествие с одним из десантников. Когда он коснулся преобразовавшегося человека, то моментально обморозил себе руку. Одно из следствий конденсата — экстремально низкие температуры. Чрезвычайно низкие. На границе абсолютного нуля, что где-то в районе меньше, чем миллионная доля Кельвина. То есть минус двести семьдесят три целых и пятнадцать сотых по Цельсию. Более того, как только он коснулся «объекта», то моментально запустил цепную реакцию, которая привела к разрушению каким-то чудом сохранившейся, а иначе чем чудо я это назвать не могу, цельной структуре конденсата. Бесчисленное количество частиц, не способных определить собственную квантовую идентичность и находившееся в состоянии покоя, моментально пришли в движение. Цельная схема была нарушена, а удерживающие их построение силы перестали оказывать своё влияние, что и привело к произошедшему явление. Более того, всё, что произошло дальше — практически полностью соответствует поведению конденсата Бозе-Эйнштейна полученному в лабораторных условиях.

Профессор встал на ноги и указал над дисплей.

— Поймите. То, что произошло возможно станет... Нет! Это определённо должно быть самым крупным прорывом в изучении квантовой физики в истории человечества. Вы даже не представляете, что мы сможем узнать об окружающем нас мире.

— На этом всё, — произнёс Пайк, — можете быть свободны.

— Он меня бесит, —Террадок буравил взглядом спину спешно удалявшегося их из помещения учёного.

— Тебя все бесят, Дэвис. Оставь нашего профессора в покое. Он только что обеспечил себя работой на ближайшие двадцать лет.

Офицеры флота начали подниматься со своих мест и направляться в сторону выхода. После лекции профессора Отиса, совещание заняло ещё почти три с половиной часа, где решались административные и военные вопросы, связанные с обороной системы. Грегори нашёл взглядом одного из своих подчинённых.

— Уинстон, будь добр останься ненадолго. Мне нужно с тобой поговорить.

Мак’Найт, в этот самый момент говоривший о чём-то с капитаном своего флагмана, повернулся к адмиралу, коротко кивнул и что-то сказал стоявшей рядом с ним девушке. Адмирал Пайк сидел в кресле, глядя на этих двоих, в который раз удивляюсь судьбе, что свела этих офицеров вместе на одном корабле и в одном подразделении.

А теперь, волей судьбы, опять же, он должен был их разделить.