|
Он молча глядел на дочку: чистое, гладкое лицо, тонкий нос, полураскрытые губы, и слушал ее спокойное дыхание. Поддавшись какому-то импульсу, Ренделл придвинулся поближе, склонился над дочкой и коснулся ее шеи губами. Когда он выпрямился, девочка открыла свои плотно сжатые веки. — Привет, — пробормотала она. — Здравствуй, моя дорогая. Сейчас я тебя оставляю, но хочу, чтобы завтра мы вместе позавтракали. — Угу. — А теперь спи. Завтра будем вместе. Спокойной ночи, Джуди. Когда Ренделл поднялся на ноги, он заметил, что девочка вновь заснула. Какое-то время он еще постоял рядом с ней, а потом вышел из спальни. Сейчас гостиная была освещена поярче, он понял, что Барбара просто включила еще и бра. Интересно, зачем? Барбара сидела на кушетке, опирая локти на подушке, лежащей у нее на коленях. В руке она держала высокий стакан с коктейлем. — А вон и твой виски, — указала она на стакан, стоящий на дальнем краю кофейного столика. — А сама что пьешь? — небрежно спросил Ренделл. — Колу со льдом? — То же самое, что и у тебя, — ответила Барбара. Ренделл посчитал, что не даст никаких поводов, если обойдет столик и возьмет стул, стоящий напротив жены. Уже много лет Барбара не выпивала с ним. На вечеринках она еще могла выпить один-два коктейля, но когда они оставались одни, виски с ним она пить отказывалась. Именно таким образом она его упрекала, давала понять, что ей не нравится, как он выпивает; для него же самого это был способ уйти, обособиться, порвать с женой всякую связь. Сейчас же она находилась здесь, и со стаканом виски в руках. Было это признаком оздоровления в отношениях или роковым знамением? Ренделл решил, что последнее, и держался настороже. — Джуди спала? — спросила Барбара. — Да, но на какой-то миг проснулась. Мы договорились, что вместе позавтракаем. — Хорошо. Ренделл сделал глоток из своего стакана. — Ну, и как ей эта новая частная школа, единственная, которую ты выбрала для нее за пределами Окленда? Она… — Никак, — отрезала Барбара. — Больше она там не учится, хотя ходила туда всего месяц. — Тогда где она сейчас учится? — не смог скрыть удивления Ренделл. — Сидит дома. Это единственная причина, почему я хотела встретиться с тобой сегодня. Месяц назад Джуди из школы отчислили. — Отчислили? О чем ты говоришь? — Такого еще не случалось. Его Джуди была совершенством, вечной отличницей. — Ты хочешь сказать, что ее выгнали из школы? — Я хочу сказать, что ее отчислили. Никаких испытательных сроков. Никаких отсрочек. — Она сделала паузу, чтобы акцентировать следующие слова: — Наркотическая зависимость. Ренделл почувствовал, как кровь хлынула в лицо. — Черт подери, о чем это ты? — Я тебе толкую про «скорость», «бенни», «бомбитас», «дикси», «кристаллы», «веселые бобы», «мет». Я говорю тебе про амфетамины, Стив. Их можно глотать, но ими же можно колоться. Джуди ходила там на голове, после чего директор вызвал ее на ковер, переговорил с ней, потом со мной, а потом ее просто выгнали. — Ты хочешь сказать, что ей не дали возможности исправиться? Сволочи, ведь в наши дни такое может случиться с каждым ребенком; на него могли повлиять, в конце концов, он ведь мог просто попробовать… — Стив, — перебила его жена, — она не пробовала. |
