|
Именно тогда Ренделл и стал расспрашивать, имеется ли у нее постоянный приятель. Дарлена не скрывала, что приятель в Канзас-Сити имеется, Рой, но перед отъездом в Нью Йорк она побила с ним горшки, потому что он вел себя с ней по-детски и глупо. — А тебе не хотелось бы завести приятеля здесь? — спросил тогда Ренделл. — Ну, это будет зависеть… — Такого, который станет заботиться о тебе, — уговаривал он. — Если он мне понравится, так почему бы и нет… — А я тебе нравлюсь? На эту ночь она осталась с ним, а на следующий день вообще перебралась к Ренделлу. Сам он считал это честной сделкой. Дарлена всегда желала иметь удовольствия и комфорт, знаменитых друзей и богатую обстановку. Сейчас все это у нее имелось. Ренделл же нуждался в обществе женщины с молодым телом, но без особой эмоциональной увлеченности, и теперь такая женщина у него появилась. Никаких вопросов — сделка честная. Но сейчас, увидав Дарлену с верным приятелем, Ренделл почувствовал укол вины. Через пару минут Дарлена присоединилась к Ренделлу в апартаментах Уилера, где продолжал шуметь прием. Девушка казалась довольной; к ее платью все так же был приколот букетик гардений. — От Роя я отделалась, — сообщила она. — Ты ревнуешь? «Глупое дитя», — подумал Ренделл, а сам спросил: — Чего он хотел? — Он хотел, чтобы я не отправлялась с тобой, а возвратилась с ним в Канзас-Сити. И он хочет, чтобы я вышла за него замуж. — И что ты ему ответила? — Я сказала, что хочу ехать с тобой. Разве ты не рад, милый? Чувство вины только усилилось. Ведь он не мог предложить Дарлене ничего долгосрочного. Ради отношений с ним она отказывалась от кого-то и чего-то, порядочного и стабильного. А вот это было уже не правильно. Хотя и плохого в этом тоже пока что не было. Что ни говори, но желание совать пенис в молодую женщину, которая сама того желает, трудно назвать испорченностью. Если же какая-то испорченность и была, то лишь использование представления о нем, как об отце, равно как и его богатство и положение, которые использовались для лечения ее невротических комплексов. Ей нужен был мужчина ее лет, способный подарить ей троих детей, новую стиральную машину и пылесос. То есть, ей был нужен кто-то вроде Роя Ингрэма. Но она предпочла остаться на этом прощальном приеме на лайнере «Франс». Ладно, пока что все это им подходило, и ну ее к черту всяческую мораль. — Пошли, Дарлена, — сказал Ренделл. — Выпьем шампанского у себя в каюте. Вот и все, что мог он вспомнить о событиях первого дня на борту корабля. Так, теперь второй день, уже в открытом море. Лежа в постели, Ренделл взял вторую программку и просмотрел ее. EVENTS DU JOUR Суббота, 8 июня Утро С 7:30 до 9:30 Завтрак: Ресторан «Шамбор» 10:00 Занятия спортом: Бассейн на палубе "D". Занятия с инструкторами Ренделл отбросил буклет и вспомнил, что мог, из событий второго дня. Уилер и Наоми Данн, чьи раздельные спальные каюты, располагались в фешенебельном холле «Нормандия» на верхней палубе, спустились вниз и присоединились к Ренделлу и Дарлене, когда те заканчивали легкий завтрак. Пообещав Уилеру и Наоми начать с ними с ними работу через час, Ренделл немного прогулялся с Дарленой по палубе, затем поспорил на десятку, какое расстояние пройдет лайнер от полудня сегодняшнего дня до завтрашнего. |
