– Миролюбие – это, конечно, замечательно, – вполголоса заметила птица, – но не до такой степени. Что за народ, где даже мятежники жалеют своих угнетателей! У нас таким людям вряд ли сыскалось бы место под солнцем. Да и у вас, Шарина, тоже… если на то пошло.

Девушка с грустью кивнула. Она собиралась уже уходить, когда Бантрус отделился от своих товарищей и подошел к ней.

– Мастер Бантрус, – громко, чтобы слышали все остальные, обратилась к нему Шарина. – Благодарю вас за гостеприимство, которое вы нам оказали. Простите, если создали вам проблемы.

– Да все в порядке, – промямлил парень с таким несчастным видом, будто обдумывал собственную казнь. Бросив взгляд на город, добавил: – Мы обычно не путешествуем после захода солнца.

У Шарины не было оснований сомневаться в правдивости его слов. Она видела: остальные четыре баркаса еще несколько часов назад остановились на стоянку в местечке, где ручей впадал в залив. Тогда команда «Попутного Ветра» наскоро посовещалась – без Бантруса и, естественно, чужестранцев – и решила продолжить плавание. Похоже, желание поскорее отделаться от пассажиров перевесило боязнь путешествовать в темноте.

– Если я могу как-то компенсировать вам неудобства… – произнесла девушка, доставая кошелек.

– Нет! – громко крикнул один из братьев Джема. – Нам не нужны ваши деньги. Мы не хотим иметь ничего общего с вами!

– Тем не менее спасибо, – пожала плечами Шарина. Она отвернулась и быстрым шагом пошла прочь. Далар тронулся следом, через несколько шагов – когда, по его мнению, Бантрус с друзьями уже не мог представлять угрозы – он поравнялся с хозяйкой и зашагал рядом.

Одна мысль, что бедняга Бантрус вообще может кому-нибудь угрожать, вызвала у девушки грустную улыбку. Похоже, Далар прав: соотечественники Бантруса – обитатели Лодок – заслуживают лучшей участи, чем та, что, судя по всему, их ожидает.

Клестис стоял в замечательной естественной бухте, но вот оборудованного причала, как в Порт-Хокке, ему не хватало. Рыбачьи лодки располагались здесь прямо на берегу. В некоторых сидели люди, при свете висячих ламп они занимались починкой сетей и вели негромкие разговоры. При виде красавицы блондинки и птицы размером с человека рыбаки замолчали, но никто не окликнул незнакомцев. Сегодняшний Клестис, хоть и сильно отличался от прибрежной деревушки (каковой являлся во времена Шарины), явно не дотягивал до блистательной метрополии, которая, согласно легенде, тысячу лет процветала под началом Ансалема.

– Я ираньше не любил корабли, – рассуждал Далар, подходя к первым зданиям. – Более близкое знакомство – ну, я имею кораблекрушение и прочее – естественно, любви не прибавило. Но, возможно, какой-нибудь Бог сделает меня более терпимым в этом вопросе.

– Хорошо бы нам найти укромное место для ночлега, – сказала Шарина. Вообще-то не мешало бы и поесть, и попить, но было похоже, плавание на «Попутном Ветре» испортило ей аппетит.

По обе стороны от них стояли одноэтажные здания, крытые сухим тростником. Строго говоря, улицы в Клестисе отсутствовали: просто цепочки домов, выстроенные не всегда параллельно. Сейчас они вступили в одну из таких улочек, сужавшуюся к дальнему концу.

– Надеюсь, ваш хозяин сможет связаться с нами здесь? – поинтересовался Далар и насмешливо хихикнул. – Очень уж не хотелось бы возвращаться в Порт-Хокк.

– Не знаю, – вздохнула Шарина, ощущая прилив холодного отчаяния. А что, если ей придется провести здесь остаток жизни? Без Кэшела, без друзей… вдали от своей страны и своего времени!

Безусловно, выжить она сумеет.