— Я разве приказывала останавливаться? — фыркнула Нильра и стукнула деревянным мечом одного из рекрутов по заднице, отчего ото взвыл от боли и подпрыгнул на месте. Они нехотя продолжили отработку ударов в парах, но все ещё бросали вопрошающие взгляды на меня.

Ну, и что я им должен сказать?

— Когда придет время, — ответил я. — Чтобы стать паладином, нужно быть крепким духом. Нужно потратить годы на одни только медитации и умение чувствовать энергию внутри себя. Стать воином Света куда сложнее, чем стать, к примеру, магом.

Присутствующие от этого помрачнели. Даже Нильра.

Знаю, они не это хотели услышать, но что я должен был им сказать? «Завтра после обеда буду учить вас, как стать паладином»?

— Но, — продолжил я. — Не стоит вешать нос раньше времени. Паладины это в первую очередь воины бога, которому они служат. Это воины-жрецы, которых ведет вера. Если вы верите в Альтиару и готовы нести её слово в мир, то тренируйтесь. Лишь крепкий сосуд, — Родрик постучал по своей груди кулаком, — способен вместить её благодать. Если вы будете слишком слабы, то Свет просто сожжет вашу душу.

И эти слова заставили их немного приободриться и продолжить тренировки с новыми силами и упорством. Я собирался составить пару Нильре, но неожиданно рядом со мной проплыл в воздухе небольшой светящийся шарик.

«Иди за мной» — шепнул хорошо знакомый голос.

Сказав девушке, чтобы она продолжала тренировки, я отправился вслед за светящимся шаром, который вел меня в лес. Шли мы долго, и к тому моменту, когда я достиг точки назначения, солнце уже почти зашло.

Я оказался на северном берегу острова, который был более скалистым, чем тот, у которого теперь располагалась деревня. Шарик вспыхнул и превратился в Альтиару. Богиня все так же состояла из света и была полупрозрачной, но зато стала более детализированной. Теперь её черты лица были более выразительными, и если присмотреться, можно было даже заметить поры на призрачной коже.

— Ты хорошо потрудился, Родрик. Извини, что не могла появиться раньше, слишком много сил потратила на перенос, но теперь… теперь мне лучше. — Она словно втянула носом воздух, хотя дышать ей не требовалось, а затем мило улыбнулась мне. — А ещё твоя небольшая речь перед этими людьми. Она меня тронула. Хотя я не привыкла считать тех, кто сражается за меня, «сосудами для благодати божества», но в этом ты прав. Сейчас, даже если бы я очень хотела, не смогла бы одарить их силами. Они не готовы.

— Спасибо, — кивнул я. — Я кое о чем хотел с вами поговорить, госпожа.

— О чем же?

— О Войне Мора.

Богиня нахмурилась. Тема ей явно была неприятна, но мне было важно узнать, что тогда случилось.

— Когда я был в замке вампира Аврамила, то увидел его, и… он мне напомнил одного из советников короля Миральдина. Я посчитал, что это просто совпадение, но затем нашел мундир тейского командира. Такой же носилгерцог Фролл. Слишком много совпадений, не находите, госпожа? И чем дольше я думаю о войне, тем больше вопросов у меня появляется. Перед моей смертью я участвовал в трех битвах. И в каждой мы несли сокрушительное поражение. Во время первой опоздали свыше десятка батальонов, из-за чего мы не смогли взять врага в клещи. Во время второй командир заставил нас атаковать врага сразу после длинного марш-броска, когда солдаты были уставшие и ослабленные. Это ведь все не случайность? Не просто ошибки командования?

— Нет, все это были целенаправленные диверсии, — тихо ответила она, переводя взгляд с меня на море, раскинувшееся перед нами. Богиня подошла к краю утеса, возвышающегося над водой, и скрестила руки за спиной. — Ты знаешь, с чего началась Война Мора, Родрик?

— С нападения Тантароса. Он уничтожил Эргуанд.