— Предоставив нам украшения, вы автоматически вошли в него, а мы как никогда нуждаемся в помощи. Вы знакомы со всеми присутствующими, не так ли?
Когда взаимные представления были закончены, Альдо опустился в кресло, указанное ему хозяйкой дома, и спросил:
— Вы только что упомянули о катастрофе, леди Элси. Надеюсь, речь идет не о…
— Именно об этом. Произошло еще одно убийство. Теперь в Деревушке, где нашли тело водопроводчика.
— Тоже заколот ножом?
— Через черную полумаску.
— Комиссар Лемерсье скоро обзаведется коллекцией. Он позволил вам прочесть надпись на обороте?
— Да. Такая же, как и другие, но с припиской: «На сей раз ошибки нет».
— А имя жертвы известно?
Вместо леди Мендл ответил Кроуфорд, который предварительно заглянул в вытащенную из кармана записную книжку:
— Арель, Фердинан Арель. Аналогия с именем предыдущего — Фелисьен Анель — совершенно очевидна, да и физическим обликом оба мужчины сходны: одинаковый рост, сутулая спина, светлые волосы…
— И эти люди будто бы являются врагами королевы? Убийца это понимает именно так? Это люди, ненавидящие ее и выражающие свое отношение публично — своими поступками или сочинениями — я думаю о старом архивисте! — или очерняют ее память тем или иным способом. Или же…
Альдо умолк, услышав странный звук, походивший на карканье и одновременно на шум скатывающегося по лестнице ореха. Все обернулись к источнику: это был профессор, который наконец проснулся и громко смеялся, стуча зубными протезами. Едва не задохнувшись, он побагровел и закашлялся. Леди Мендл поспешно подала ему бокал шампанского, и, пригубив шипучего вина, он заговорил хриплым голосом:
— История, господа! Лишь история может дать вам ответ. Надо хорошо ее знать! Вы вспоминаете прекрасные времена Версаля и Трианона, балы, празднества, украшения, но о черных часах забываете! Вы знаете великие имена, а о незначительных не ведаете…
Приступ кашля прервал его речь. Он пригубил еще один глоток шампанского, шмыгнул носом и продолжил:— Незначительных, говорю я! Об именах тех гадин, которые ползали в тюремной грязи! Тизон…
Арель… Вам они ни о чем не говорят?
— Ей-богу, нет! — ответил Вобрен. — Вы же сами сказали, профессор, что это самые обычные фамилии! Я знаю только одну Арель, оставившую след в истории, — это нормандка, придумавшая камамбер!
Шутка лишь слегка разрядила атмосферу. Кроуфорд внезапно нахмурился:
— Кажется, я понимаю: Тизоны — это супружеская пара шпионов, которых будто бы приставили к королевской семье в тюрьме Тампль, чтобы они отравляли жизнь заключенным. Что до Ареля…
За него договорил Адальбер:
— Это гнусный полицейский с женой-мегерой, не так ли? Ведь именно она провалила заговор Ойе в тот самый момент, когда королева уже готова была покинуть тюрьму?
Кустистые брови профессора удивленно поползли вверх.
— Правильно! — подтвердил он.
— Браво! — сказал Морозини. — А я-то думал, ты не замечаешь других королев, кроме Нефертити, Нефертари, Хатшепсут или Клеопатры.
— Я француз и потратил немало времени, чтобы изучить историю родной страны. Особенно тогда, когда дела у нее шли неважно… Месье Мальдан, — добавил он, повернувшись к дипломату, — ведь вашим предком был один из трех гвардейцев, которые сопровождали королевскую семью во время злополучного путешествия в Варенн?
— Я вспомнил, что читал об этом…
— Но послушайте, — простонала мадам де Ла Бегасьер, — несчастные жертвы ни в чем не виноваты, это их предки — если предположить, что это действительно их предки, — вели себя преступно!
— Для того, кто их убивает, важна только их наследственность, их фамилия. |