— Ну, теперь уж точно прощай моя сорочка. А ведь она стоит двадцать шиллингов.

— Я за свои больше десяти не плачу, — заявил Браун, поднимаясь на корточки, и, вцепившись в волосы Джошуа, выпрямился во весь рост.

Джошуа поморщился от пронзительной боли. Браун ухватился за края отверстия. Бриджет наклонилась к нему и схватила его за плечи. С ее помощью он подтянулся на руках и выбрался из пещеры.

До Джошуа сверху доносились отдаленные возгласы, резонирующие голоса двух человек, поздравлявших друг друга с чудесным спасением. Он поднял глаза к отверстию, пытаясь подавить приступ зависти и нарастающей паники. На него из дыры теперь смотрели два лица. Казалось, они так далеко — на расстоянии мили, а не каких-то нескольких футов. Все это время пещеру продолжало заливать. Вода уже доходила Джошуа до шеи и с каждой минутой поднималась все выше.

Настал самый опасный момент в осуществлении его плана. Во избежание бесплодных споров и пустой траты драгоценного времени он умышленно не объяснил Бриджет и Брауну, что его спасение зависит от них: как только они окажутся в безопасности, им нужно будет придумать, как вытащить из пещеры его самого. Джошуа положился на волю капризной судьбы. Если Господь не желает, чтобы он умер, значит, Бриджет с Брауном найдут способ спасти его. Если Господь настроен против него, по крайней мере, две жизни будут спасены.

Теперь же, когда он отвел взгляд от света и увидел вокруг зловещую бурлящую черноту, оптимизм начал покидать его. Он с ясностью осознал весь ужас своего положения, и его вновь объял страх перед водой. Через несколько минут вода поднимется до его подбородка, потом до рта и ноздрей. В конце концов, настанет такое мгновение, когда вода накроет его с головой, а так как плавать он не умеет, его легкие наполнятся этой мерзкой чернотой. Он не сможет дышать, и вода поглотит его...

Глава 45

Поглощенный мыслями о близкой кончине, Джошуа даже не думал о том, что над его головой, возможно, предпринимаются какие-то шаги по его спасению. Приготовившись утонуть, он уже не страшился смерти. В конце концов, говорил себе Джошуа, как только он испустит последний вздох, больше не будет ни страха, ни неопределенности — только блаженное небытие.

К действительности его вернул раздавшийся сверху звонкий голос Бриджет.

— Мистер Поуп, — кричала она. — Очнитесь, прошу вас. Смотрите сюда, ловите.

К этому времени Джошуа уже пребывал в полнейшем оцепенении, взгляд его почти остекленел. Тем не менее он поднял голову и увидел, что к нему, словно змея, спускается пахнущая дегтем джутовая веревка с петлей на конце.

— Ловите, — повторила Бриджет. — Обвяжитесь, и мы вас вытянем.

Джошуа медленно пришел в себя. Поймал веревку. Ее колючая фактура и едкий запах вывели его из оцепенения. Он закрепил веревку под мышками и поднял руку, показывая, что готов. И не успел опомниться, как его тут же потащили из темноты пещеры наверх — на воздух, к свету.

Он ухватился за траву, росшую вокруг отверстия, и с помощью Бриджет — Браун не мог отпустить веревку, которая была обвязана вокруг ствола дерева, — подтянулся на руках и вылез наверх. Дождь так и не прекратился и теперь струями хлестал ему в лицо. Джошуа хотел выразить радость, благодарность за то, что он спасен и способен чувствовать, какой он мокрый, продрогший и несчастный. Раз он что-то чувствовал, значит, был жив. Но им овладела изнуряющая усталость, и он, так и не успев вымолвить ни слова, рухнул на землю без сознания.

Некоторое время спустя Джошуа смутно осознал, что к его губам поднесли бокал, и затем ощутил во рту жгучий вкус бренди.

— Пейте, мистер Поуп. Это вас воскресит, — сказал кто-то.

— Может, врача позвать? — спросил другой голос.