— Простите, что спрашиваю. Ваша репутация мне хорошо известна. Полагаю, недавно вы писали портрет моего дяди. Этот портрет висит в «Линкольнз Инн».

— Судья Лесситер? — догадался Джошуа, теперь увидев в линиях выпирающего подбородка и орлиного носа Крэкмана некоторое сходство с его бывшим заказчиком.

— Он самый. Ваш портрет поразительно реалистичен. Уж не знаю, как вам удалось красками на холсте передать его ораторский дар, проницательность и ум, но вы это сделали.

От такой похвалы Джошуа как всегда покраснел:

— Вы очень добры. Судья замечательный человек. Я хорошо его помню. Очень занятой, но на редкость терпеливый.

— И ваше мастерство глубоко его тронуло. Он показывал мне свой портрет. — Крэкман замолчал и опять пристально посмотрел на Джошуа: — И все же, как ни жаль, мистер Поуп, я вынужден спросить: есть ли у вас доверенность от мистера Кобба?

Джошуа покачал головой.

— Тогда, как это ни прискорбно, должен вам сообщить, что вы напрасно тратите время. По какому бы вопросу ни обратился мистер Кобб к мистеру Хору, это не подлежит разглашению. Мистер Хор не стал бы сообщать эти сведения никому, кто не имеет на то полномочий или веских причин. И я не стану.

— Возможно, сэр, мне удастся переубедить вас. Сейчас я кое-что вам сообщу, и найдется много людей, которые подтвердят истинность моих слов. Мистера Кобба нет в живых, он умер при загадочных обстоятельствах. Не исключено, что его убили. Я пытаюсь выяснить причины его гибели. Разве интересы правосудия не являются достаточно веским основанием для того, чтобы вы были со мной откровенны?

Крэкман с интересом посмотрел на Джошуа:

— Кобб мертв? Это точно?

— Абсолютно. Его тело было обнаружено в оранжерее Астли-хаус в Ричмонде. Я в это время находился там. Напишите по этому адресу на имя мистера Герберта Бентника, и он подтвердит мои слова.

— Астли-хаус в Ричмонде? Знакомое название. И когда точно умер Кобб?

— Его тело нашли три дня назад.

Кончиком пера Крэкман почесал макушку, покрытую редкими растрепанными волосами. Его единственный глаз блестел, будто ночной фонарь в темноте.

— Если не ошибаюсь, последний раз мистер Хор был в конторе четыре дня назад. Он упоминал, что у него назначена встреча с кем-то за пределами Лондона. Вполне возможно, что с мистером Коббом, ибо он навещал его и раньше. — Он обратился к молодому клерку: — Познер, посмотрите, пожалуйста, с кем мистер Хор должен был встречаться четыре дня назад.

Познер немедля принялся выполнять поручение. Через несколько минут он подтвердил, что мистер Хор, как и подозревал мистер Крэкман, имел договоренность о встрече с мистером Коббом, которого он должен был навестить в ричмондской гостинице «Звезда и подвязка» в три часа дня.

— По какому делу? — спросил Джошуа. — Не сомневаюсь, после того что я вам открыл, вы не откажете мне в информации, мистер Крэкман. Тем самым вы окажете большую услугу бедняге Коббу.

Последовала очередная продолжительная пауза, в течение которой мистер Крэкман изучающе смотрел то на Джошуа, то на его визитную карточку.

— Учитывая, что Кобб мертв, а вы человек респектабельный, не вижу смысла что-либо от вас скрывать. Но, поскольку дело это веду не я, все подробности мне не известны. Могу сказать одно: это вопрос о наследстве — спор о правах на имущество.

— Но ведь Кобб совсем недавно прибыл с Барбадоса, разве нет?

Крэкман кивнул:

— Противная сторона прибыла в Англию оттуда же.

— Вам известно имя противной стороны?

Джошуа предположил, что это, должно быть, Сабина Мерсье, но хотел получить подтверждение своей догадке.

— Так сразу не припомню, но я непременно попрошу Познера порыться в наших записях.