— Я тоже «за», — кивнула Алёна. — В том состоянии, что у нас сейчас, сильно не повоюешь. Тем более, тут такой повод образовался, — кинула девушка многозначительный взгляд на бутылки, после чего повернулась к Ильдару. — Если у тебя ещё и закусочка найдётся, то я официально воздвигну тебя в ранг святых.

— А то! — самодовольно заявил Ильдар, и словно по мановению волшебной палочки, разложил кучу еды. — И я даже узнал кое-что очень интересное, — при это он игриво подмигнул спрятавшейся за спиной Азриль эльфийке. — Побуду немного добрым волшебником. Как тебе такое, девочка? — При этих словах на одном из пней, что был расположен ближе всех к Эльнаре, возникла пятикилограммовая, не меньше, ваза с мороженым и целая корзинка с пирожными, в основном, эклерами. Сам же Ильдар, улыбнувшись во все тридцать два зуба, заявил. — И что теперь думаешь делать? Плакать или смотреть, как мороженое тает?

— Грустно будет, если растает, — всё ещё с мокрыми глазами через силу улыбнулась эльфийка Ильдару. — Думаю, надо его спасать, — Эльнара потянулась к вазе с мороженым. Несмотря на то, что бледность и грусть с её лица так никуда и не делись, в глазах появился лёгкий огонёк радости и счастья. — Большое спасибо, — добавила она после первой ложки клубничного пломбира.

— М-да, — озадаченно уставился я на это чудо, активно поедающее мороженое.

— Что? — с возмущением уставилась она на меня. После чего смущенно добавила, хватая другой рукой эклер. — У меня стресс и я пытаюсь его лечить.

От такого заявления у всех на лицах невольно появились улыбки. Уж слишком комично выглядела эта картина. Страдающая эльфийка с вазой мороженого перед собой, полной ложкой в левой руке, и пирожным в правой.

— Может, стоит взять с Эльнары пример? — поинтересовалась Алёна, внимательно изучая этикетку на предложенной Ильдаром бутылке коньяка. — Объявить войну стрессу?

— Хорошая и правильная идея, — потирая ладони, поддержал Егор, садясь возле нашего стола и беря в руки бутылку, при этом одновременно открывая ее, а также как бы незаметно подтягивая к себе поближе миску с солеными огурцами. И как он только все это провернул одним движением?

В итоге, мы решили подойти к вопросу по старинке, то есть выпить. Может это и хорошо, и на промежуточном этапе, но проблему решит. Не знаю, почему Ильдар использовал именно этот метод, но чем больше мы пили, тем сильнее крепла моя уверенность в том, что подобный способ Лизе не поможет. Наоборот, девушке становилось только хуже, и это было прекрасно видно. С каждой выпитой рюмкой она только сильнее закрывалась в себе и своей трагедии. Лицо становилось все мрачнее, а взгляд печальнее. Но с другой стороны, посиделка разрядила обстановку другим. Вета наконец расслабилась, так же как и Алена, Саяна, да и другие. Один только Чжан оставался, как и всегда, непробиваем. Впрочем, ему помощь уж точно была не нужна.

В какой-то момент мне надоело пить, и я тихонько отвалил в сторону. На этом «празднике жизни» я ощутил себя лишним. Особенно после того, как Лиза в какой-то момент не выдержала и принялась рыдать навзрыд. В итоге, ее отвели в палатку Алена и Иль, явно собираясь успокоить девушку. Вряд ли у них получится, но кто знает, а вдруг? Вета с Эльнарой и Саяной о чем-то беседовали, уже будучи бухими в стельку. Тех же, кто пытался к ним присоединиться, все три девушки посылали нафиг. Мол нечего лезть в женские терки. Ильдар о чем-то философствовал с Чжаном, и только Егор куда-то пропал. Видимо, ушел дрыхнуть к себе.

Но я ошибся. Решив посидеть и полюбоваться пейзажем, я отправился на свое любимое место, где и обнаружил одиноко сидевшего Егора.