— Кому ты передавал эти письма? — задал он очередной вопрос.

— Я просто оставлял их у женщины на входе, — ответил я.

— Ты либо слишком умён, либо слишком глуп, — вдруг подал голос другой представитель клана, — Очень складно ты говоришь, но то, что значат твои слова — очень глупо. Что ты скрываешь?

— Я говорю правду, господин, — я снова склонился к самому полу. — Я и помыслить не мог, что кто-то решит бежать от столь доброго господина.

— То есть ты хочешь сказать, что Дарий слишком добр к вам? — сменил тему допроса первый.

— Да, господин, наш хозяин очень добр к нам, — подтвердил я свои слова, — очень глупо бежать от такого господина.

— Что ты ещё можешь сказать о своём хозяине? — старший продолжил задавать вопросы, которые не касались побега. — Тебе ничего не казалось странным в его поведении?

— Я всего лишь жалкий раб, господин, что я могу знать о хозяине? — я попытался уклониться от ответа, — Мы сыты, у нас есть крыша над головой, разве нужно что-то ещё?

— Так ты не отрицаешь своей вины в соучастии побега? — снова вернулся к теме старший.

— Я всего лишь жалкий раб, — снова затянул я свою песню, — как я могу решать вопрос о своей виновности, если мне даже не хватило ума заглянуть в письма.

— Ты можешь идти, — после недолгой паузы ответил человек клана, который молчал всё это время.

— Но мы ещё не закончили, — возмутился было тот, кого я по ошибке посчитал старшим.

— Я сказал, что он может идти, — сухо повторил тот. — Обыскать дом. Всем рабам по двадцать плетей, а этого на виселицу!

Моё сердце тут же упало в пятки, а мысли заметались в голове как сумасшедшие. Как же так? Вот так, из-за кучки идиотов на виселицу? Что делать? Убить всех и податься в бега? Вот только сколько я смогу пробежать, прежде чем меня поймают?

Я покинул дом и опустился на землю. В голове продолжали роиться мысли, но ничего дельного на ум так и не шло.

— Что они сказали? — услышал я тихий шёпот за спиной и хотел было обернуться. — Не смотри на меня, говори тихо.

— Они обыскивают дом, меня приговорили к виселице, — одними губами доложил я обстановку.

— Это очень плохо, — прошипел Дарий. — Что ты сказал им обо мне?

— Ничего, господин, кроме того, что вы очень добр к нам, — честно ответил я.

— Это очень странно, — произнёс он и на некоторое время замолча., - Я впервые вижу, чтобы кланы занимались беглыми рабами. Что-то здесь не так.

С этими словами он направился в дом.

Мы так и продолжали стоять на коленях, склонив голову к земле до самого вечера. А затем произошло нечто странное.

Вначале дом покинул Дарий и, подойдя ко мне, прошипел: «Не дёргайся», из дома вышли люди в белоснежных рясах и окинули нас беглым взглядом.

— Взять его, — старший указал пальцем на новичка, который сидел рядом со мной.

Затем они покинули нас, уведя с собой новенького. Буквально сразу ушли и представители городской власти, оставив меня в полном недоумении. Нам быстро всыпали положенные двадцать плетей и разогнали по казармам. Ребята со стонами и оханьем начали подниматься на ноги и как паралитики покидали место перед домом. Я тоже было собрался вслед за ними, но Скам окликнул меня и велел остаться. Видимо, на сегодня мои приключения ещё не окончены.

Дарий встретил меня на веранде с очень озабоченным видом.