|
— Ублюдки! — воскликнул Роджер. — Я заплатил им двойную цену за срочную работу, а теперь должен ждать уже три четверти часа, пока они отыщут свои инструменты. Часы показывали четыре. — У нас есть время выпить чашку чая? — спросила Анна. — Я как раз собиралась поставить чайник. — Теоретически, — ответил Роджер, — все время мира в нашем распоряжении. Тем не менее, это чаепитие мы пропустим. Здесь становится очень тревожно. Должно быть еще несколько утечек. Интересно, сколько? Во всяком случае, я почувствую себя гораздо более счастливым, когда мы уберемся из Лондона. Анна кивнула: — Хорошо. — И прошла на кухню. Джон окликнул ее: — Тебе помочь? — Спасибо, — сказала Анна, обернувшись, — я просто оставила чайник под струей воды, теперь хочу убрать его. — Вот наша надежда, — воскликнул Роджер, — женская стабильность. Уезжает из дома навсегда, но снимает чайник. Мужчина скорей бы хлопнул этим чайником об пол, а потом запалил дом. Наконец, они выехали. Машина Джона шла первой. Их маршрут лежал по Большой Северной Дороге, за Уэлвин, и далее — на запад, к школе, где учился Дэви. Проезжая мимо Большого Финчли, Джон услышал сзади автомобильные гудки, а через мгновенье их обогнал Роджер. — Радио! — крикнула Оливия, высунувшись из окна. Джон включил радио. «…особенно подчеркиваем, что нет никаких оснований для слухов, распространяющихся в последнее время. Обстановка полностью контролируется, и запасов продовольствия в стране достаточно…» Машины съехали с дороги и остановились, встав бок о бок. — Кто то чересчур волнуется, — сказал Роджер. «…высаживается не зараженное вирусом зерно, — продолжал голос диктора. — В некоторых графствах Англии, Уэлса и Шотландии поздней осенью ожидается сбор урожая». — Сеять? Это в июле то! — воскликнул Джон. — Гениальный ход, — сказал Роджер. — Голь на выдумки хитра. В такое время правдоподобие не имеет значения. Голос комментатора чуть изменился: "По мнению Правительства, опасность только увеличится, если среди населения начнется паника. Поэтому немедленно вступают в силу некоторые предупредительные меры. Первая связана с ограничением передвижений. Поездки из города в город временно запрещены. Надеемся, что к завтрашнему дню будет разработана система приоритета для наиболее важных перемещений, но предварительно запрещение распространяется абсолютно…" — Они все таки сделали это! — воскликнул Роджер. — Надо прорываться. Может, еще не поздно. Машины вновь тронулись в путь, через Северную Кольцевую Дорогу, мимо Северного Финчли и Барнета. Голос из радиоприемника с неослабевающей убедительностью продолжал бубнить о каких то регулирующих мерах. Потом начали передавать музыку из кинофильмов. На улицах продолжалась обычная жизнь — люди делали покупки в магазинах, просто гуляли. Здесь, на окраине, не было никаких признаков паники. Первое заграждение они увидели сразу за Барнетом. По другую сторону блокировки виднелись фигуры в форме цвета хаки. Остановив машины невдалеке, Джон и Роджер подошли к заграждению. Там уже было человек шесть. Они о чем то спорили с офицером. Еще несколько, видимо, отказавшись от пререканий, собирались разворачиваться. — Каких то десять чертовых минут! — сказал Роджер. — Надо торопиться — они понаставят еще уйму заграждений. Офицер — симпатичный молодой парень с распахнутыми, словно удивленными глазами, искренне радовался всему происходящему, как некоему новому виду строевых занятий. — Мне очень жаль, — сказал он. — Мы лишь выполняем приказ. Все выезды из Лондона перекрыты. |
