— Не было. Все они заперлись в покоях Свинцовых Туч. Кажется, туда не доходит действие магии.

— Похоже, мне здорово повезло!

— Ты даже не представляешь, как тебе повезло! — согласился я, поднял с пола перстень Данквила и помахал им над головой. — Держи, это тебе вместо посоха. Считай, что ты прошел церемонию посвящения.

— Это же кольцо твоего предка, — удивился мой друг. — Ты что, решил отдать его мне?

— Это не просто кольцо. В нем волшебный кристалл, как у черного колдуна. Надеюсь, ты умеешь обращаться с волшебными кристаллами, а то мне не хотелось бы, чтобы ты потерял рассудок, как кое-кто из моих далеких предков. Да и книгу тоже бери.

— Но я не могу взять ее. Книга принадлежит темному эльфу.

— Надо же, какая щепетильность, — фыркнул я. — Если хочешь знать, книга принадлежала Данквилу. Он отдал ее мне, чтобы темный эльф исцелил тебя, а он обманом завладел книгой и кристаллом. Так что забирай и то, и другое, и пойдем отсюда. В Сумеречной долине нам больше нечего делать. Надо только захватить с собой… Лин и Энлику, — добавил я, старательно отгоняя прочь мысли об Альвейс, тем более что мысли эти были не самые благородные: увести ее в Фаргорд как пленницу, чтоб узнала, какие мы, люди, оказывается, забавные…

— Ты предлагаешь оставить его умирать? — Энди кивнул на темного эльфа.

— Он это заслужил!

— Нет, я так не могу! Я должен хотя бы привести его в чувство…

— И вернуть волшебную силу, — иронично закончил я.

— А вот этого сделать я как раз не смогу. Разве что вместе со своей собственной. Так что магии темного эльфа можешь больше не бояться. Кстати, ты уверен, что нас беспрепятственно выпустят из Сумеречной долины без его приказа?

— Ладно, — подумав, согласился я. — Пусть живет пока. Только позволь мне связать ему руки, он дерется, как сам бог войны. Власть переменилась! — сообщил я королю, когда тот открыл свои красные глаза. — Ты хотел сделать меня рабом? Не получилось! Теперь ты мой раб и изволь слушаться, если не хочешь сократить свою жизнь на все оставшиеся века. Я скор на расправу.

— Я не перестаю удивляться твоим способностям, принц Рикланд, — без тени удивления в голосе повторил темный эльф. Он был совершенно спокоен.

Лин не спала. Она сидела у огня, склонившись над вышиванием, и время от времени хлюпала носом. Кажется, у нее был насморк. Мое появление не вызвало у нее ничего даже отдаленно напоминающего сестринскую любовь. Она уставилась на нас с Энди, как на привидения, и, громко вскрикнув, потеряла сознание.

— Вы же умерли! — сообщила нам Энлика, тут же прибежавшая из смежной спальни. — Вы теперь призраки, да? А можно тебя потрогать, Рик? А почему ты твердый? А, знаю, ты не призрак, ты — зомби! И ты зомби, Энди? А почему ты не воняешь? Ты же умер давным-давно! Тебе давно пора протухнуть. А, знаю! Зомби не гниют, когда пьют живую кровь. Вы пришли выпить нашу кровь, да? — без умолку тараторила она, весело выплясывая босыми ногами на каменном полу.

— Нет. — Я присел на корточки и погладил растрепанные после сна кудри Энлики. — Хочешь, я открою тебе один секрет? Тот, кто сказал, что мы умерли, что-то напутал. На самом деле мы живы и собираемся увести вас отсюда…

— Правда? Я так и знала, что этот король все наврал! — заговорщицки прошептала малышка. — Слушай, а давай маму разбудим и ей расскажем, что ты не умер, а то, когда она плачет, мне тоже заплакать хочется!

Линделл вернул к жизни Энди.